Когда пружина в животе внезапно распрямилась, мир для Ники исчез за ослепительной вспышкой. Она с криком прогнулась в спине, впиваясь ногтями в плечи императора. Удовольствие волнами прокатилось по телу. Она не ощущала ни непрекращающихся движений, ни поцелуев-укусов, ни усилившейся хватки, ни звериного рыка.
В конце концов, все закончилось. Рагнар рухнул вниз, постаравшись при этом не задеть Нику. Сама новоиспеченная императрица могли лишь тихо дышать, бездумным взглядом смотря на потолок. Она никак не могла прийти в себя.
В эту ночь императорская чета еще долго не могла уснуть. Словно дорвавшиеся до воды путники они снова и снова падали в объятия вдруг друга.
И только с рассветом уснули, не разрывая при этом объятий.
***Несколько лет спустя***
Тишина давила. Рагнар решил: если через минуту дверь не откроется, то он сам ворвется в комнату и все узнает.
Досчитав до пятидесяти, он уже шагнул в сторону входа в комнату, как в этот момент дверь открылась и из комнаты вышла ошеломленная чем-то повитуха.
Найдя императора взглядом, она подошла ближе и вцепилась в его одежду.
– Девочка, – прошептала она так, будто сама не до конца верила в свои слова. – У вас девочка, ваше величество.
Когда до его сознания дошло, что именно сказала повитуха, Рагнар покачнулся. Стряхнув с себя чужие руки, он подошел к стене и оперся на нее, пережидая шоковое состояние. Пару секунд спустя он громко рассмеялся.
– Девочка, – произнес он. В его голосе слышалась нотка неуверенности и восхищения. – Девочка!
Оборвав смех, он подскочил к двери и распахнул ее.
Стоило ему войти в комнату, как его взгляд тут же упал на лежащую на кровати Нику. С темными кругами под глазами, тусклыми волосами и слишком белой кожей, она выглядела уставшей, но при этом донельзя довольной. В этот самый момент она держала небольшой сверток на руках.
– Рагнар, – прошептала она сиплым голосом. – У нас девочка, представляешь?
Казалось, Рагнар переместился, настолько быстро он оказался рядом. Неуверенно переступив с ноги на ногу, он сел рядом, а потом опустил взгляд на ребенка.
В тот же момент он понял, что его дочь самая красивое и милое создание, которое только могло существовать во всех известных и неизвестных мирах.
Она казалась ему настолько маленькой и хрупкой, что он не осмеливался взять ее в руки. Мог только смотреть и благодарить тот день, когда небесная империя обратила на него свой взор, преднамеренно введя неправильные координаты.
– Как мы ее назовем? – спросила Ника.
