Смола

Гармоничное само по себе здание правой пристройки – с двумя окнами и двумя дверьми – было изуродовано отвратительной обстановкой вокруг. В глубине двора в лучах утреннего солнца вырисовывался дом. Когда-то он был белым, но из-за облупленной краски от прежней белизны не осталось и следа. Окна гостиной были зашторены, однако два окна второго этажа не сводили с Роальда своих угольно-черных мутных глаз, как у слепого животного.

Чтобы подойти к главной двери, Роальду нужно было протоптать себе путь среди кучи мусора – прямой дороги не было.

Но внезапные звуки отвлекли его, и он обратил внимание на хлев в правой части двора. Это было каменное сооружение, находившееся в таком же плачевном состоянии, как и сам дом. Несмотря на толстый слой мха, этернитовая крыша казалась совсем тонкой. Неужели они и правда держат там животных?

Роальд растолкал стоявшие на пути вещи и пошел прямо к главной двери сарая. Один из засовов не был задвинут – Роальд заглянул внутрь и увидел лошадь серой масти. Ее слишком тонкие шея и голова свешивались вниз, как будто их придерживала невидимая веревка.

Животное тяжело дышало и издавало еле слышные стоны. По доносившимся из сарая звукам Роальд понял, что там были и другие животные: кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то вздыхал, кто-то пищал. Роальд не хотел заходить внутрь. Удушающий тяжелый запах означал, что за животными надо убрать, и то, что кто-то из них уже умер.

Из глубины сарая донесся легкий писк. Роальд обошел здание, чтобы посмотреть, что это было.

В курятнике стояла одна-единственная курица с грязными перьями и пыталась издать какой-то звук. У нее был безжизненный взгляд, наверное, потому, что все, что она видела вокруг, были ее мертвые сестры – пять ощипанных куриц с таким же пустым взглядом. Заметно было, что туда пыталась забраться лиса – на земле остались ее следы, но, видимо, когда-то курятник был надежно защищен от вторжения. Может быть, умереть от внезапного испуга для бедных животных было бы лучше.

За хлевом было поле, но на нем Роальд увидел только пару ворон и три черных пакета, реющих по осенней траве от дуновения ветра.

Еще дальше лежало что-то похожее на мертвое животное с рогами. Или его останки. В любом случае оно уже не двигалось.

Роальд прошел вдоль поля, мимо насоса и опрокинутой тележки, перешагнул через большие камни и пару старых тазов и наконец очутился у задней части дома. Там висела веревка для белья, увешанная газетами и пожелтевшими, разодранными простынями.