Смотрящий по России

— Беспалый! — услышал он голос генерала и, встретив его взгляд, уверенно сделал шаг вперед. Голицын испытующе протянул: — А ведь ты вздрогнул… Что, боец, невеселые мысли одолевают? — И, не дождавшись ответа, громко скомандовал: — На бревно!

Вытащив из кобуры «ТТ», Тимофей взял «лимонку» и уверенно направился к бревну. Сосновый ствол был подвешен на высоте шести метров, что само по себе неприятно. Высоковато! Но, кроме того, нужно было пройти по нему, а бревно приходило в движение даже от легкого прикосновения.

Внизу генерал Голицын бесстрастно поучал:

— Вы всегда должны видеть реального врага. Только так вы можете пройти бревно без потерь и уничтожить противника. Нужно бежать и стрелять. И палить следует не в белый свет, а по цели! Вы всегда должны помнить, если не попадете в противника первой пулей, то ответным выстрелом он обязательно уничтожит вас! — жестко заключил генерал, наблюдая за тем, как Тимофей взбирается на бревно.

В тот день из пятидесяти человек бревно сумели преодолеть только шестеро.

Покуривая «Казбек», счастливчики стояли в сторонке и с явным превосходством наблюдали за тем, как Беспалый пробирается по бревну.

«Лимонка» не только эффективное боевое средство, но, как выяснилось, и отличный противовес. Тимофей осознал это сразу, едва ступил на бревно. Бревно нервно качнулось, но совсем не для того, чтобы опрокинуть дерзкого, а лишь затем, чтобы напомнить о том, что дорога будет трудной. Но Беспалый, балансируя руками, за несколько секунд преодолел шатающееся бревно.

— Встать в строй! — приказал Голицын. — Опять отличился… — И, повернувшись к строю, скомандовал: — Следующий!

Наступления темноты в этот день Тимофей дожидался с особым нетерпением. Ну, право, как молодой любовник! А когда сумерки сменились ночью — густой и темной, будто плодородный чернозем, — Беспалый оделся и выскользнул из казармы.

Протопав метров пятьдесят, он предусмотрительно осмотрелся. Кажется, никого. Листва деревьев скрыла строевой плац, барак и бревно, по которому он, ради шика, пробежал целых десять раз.

В последнем заходе Тимофей едва не сорвался, и если бы не выбросил «лимонку» в сторону предполагаемого противника, пришлось бы искупаться с головой. И вряд ли амуниция просохла бы до вечера.

Беспалый уверенно двинулся по тропе. Собор предстал перед ним неожиданно, как и в прошлый раз, темнея куполами. Немного в стороне на стоптанную траву упала световая дорожка. Нащупав в кармане отмычки, Беспалый пошел прямиком на свет.