– Не то слово, – тоже посмеиваюсь я. Ставлю перед подругой чашку какао, наливаю вторую порцию себе. – Но что поделать? Шла в комплекте к мужу.
Мы снова хохочем, на этот раз так заливисто, что даже мужчины в комнате замолкают.
– С другой стороны, вообще мне свекра твоего даже жалко. Такая же способна довести до того света, – отерев слёзы, совершенно серьёзно говорит Таня.
Я машу на неё рукой, давая понять, чтобы не продолжала, а то вдруг сбудется. Одну Людмилу Маратовну без Ивана Владимировича я просто не вынесу.
– Ну а что? Вон, как тот мужик, который из окна выбросился утром. Говорят, что довела бывшая. Что-то там с ребёнком у них было – поделить, что ли, не могли.
Я вскидываю брови и непонимающе смотрю на Таню. Она произносит эти жуткие слова таким тоном, словно я об этой истории должна знать если не всё, то хотя бы основное.
– Ммм, – тяну задумчиво, припоминая, не читала ли чего подобного в новостях.
Хотя, даже если мельком и видела, пролистнула дальше – в моем положении такая информация была мне совершенно не нужна.
– Да ладно тебе… это же в соседнем районе случилось. Все заголовки пестрели и пестрят. Он вроде из тюрьмы не так давно вернулся… А там можно умом тронуться. Девочку сначала сбросить хотел, но как остановился и оставил в живых, непонятно.
Таня пожимает плечами, отпивает глоток какао и когда смотрит на меня, спохватывается:
– Ой, Насть… прости. Тебе такое точно ни к чему! Чего меня чёрт за язык дёрнул? – сокрушается подруга, но я уже успеваю представить себе самое ужасное.
Таких совпадений ведь не бывает! Их просто не может быть. И если это то, что рисуется в голове, значит случился самый, что ни на есть, кошмар наяву.
– Найти мне и показать статьи можешь? – выдавливаю из себя, а у самой голос дрожит.
– Уверена? – спрашивает Таня.
А через пару минут после того, как согласно киваю, демонстрирует мне на экране телефона фотографию Стаса.
Горло схватывает спазмом. Нет, конечно, это не изображение того, что осталось от по сути незнакомого мне человека после того, как он совершил свой поступок.
Но и когда смотрю в его глаза на чёрно-белом снимке, сразу вспоминаю те холод и даже безуминку, которые поразили меня при встрече. Наскоро читаю пару абзацев и судорожно всхлипываю.
– Что… что не так? О-о-о! – выдыхает подруга, и, судя по её ошарашенному взгляду, в котором скользит сомнение в том, что она поняла верно, становится ясно – она помнит мой сбивчивый, без особых подробностей рассказ.
