Ведёт меня в небольшую подсобку, где устраивает дочь в коляске, а сама начинает протирать пятнышки от морковного сока, которые малышка умудрилась выплеснуть на меня из «непроливайки».
– У нас с мужем вообще всё так странно… мы уже и не думали никого заводить. Старшим сыновьям двадцать и восемнадцать. А тут Соня. Представляете наш шок… Готовились к внукам, и вот… Меня, кстати, Таней зовут.
– Настя, – наконец, выхожу я из состояния, в котором пребываю.
– Вы здесь где-то живёте рядом? Может, вас проводить?
– Да… мы с мужем только переехали в один из соседних домов.
Сама не пойму, что на меня так повоздействовало. Опять гормоны? Вполне. Но это удивительное чувство, родившееся внутри, дорогого стоит. Чёткое понимание, что я всё делаю правильно. Вот, что поселяется в душе и крепнет с каждой секундой.
Татьяна смотрит на меня, чуть приподняв брови. Видимо, со стороны я кажусь совсем ошалевшей.
– Провожать не нужно, спасибо. И, Татьяна… можно я оплачу тот костюмчик, а заберу его, когда рожу? Ну… у меня есть основания пока побыть немного суеверной.
Таня кивает и улыбается так, как будто перед ней – её лучшая подруга, с которой они не виделись сотню лет.
– Конечно, Настя. И обязательно заходите ещё! Через некоторое время у нас появится новая коллекция. А оплачивать пока ничего не нужно, я отложу вам всё, что выберете. Побудем уж суеверными до конца.
Выхожу из магазина с ощущением, что только что побывала в какой-то сказке. Это так глупо, наверное, воспринимать настолько обыденные вещи с таким странным восторгом.
Но мне так хорошо. Сейчас, здесь, в эту самую секунду.
Когда возвращаюсь домой с принесённым из небольшого японского ресторанчика ужином, муж и свёкор втягивают меня в беседу насчёт того, как стоит обустроить детскую. А я всё ещё в эйфории и с удовольствием говорю и говорю насчёт цветов краски, обоев, штор… И знаю, что всё будет хорошо.
Когда ложимся спать посреди всё ещё царящего хаоса – как бы его ни старались разобрать Дэн и Иван Владимирович, наша квартира так и остаётся похожей на поле боя – я закрываю глаза и улыбаюсь.
Поворачиваюсь к Денису, обнимаю его со спины. Он уже тихонько посапывает, и этот звук – такой родной.
– Я тоже тебя люблю, – шепчу одними губами, понимая, что Дэн меня не услышит.
Но в следующую секунду он сжимает мою руку, и я, сделав глубокий вдох, проваливаюсь в спокойный сон.
Переезд решено всё же отметить.
