Сначала было весело

Впрочем, в его ситуации выбирать не приходилось, и только это хоть немного успокаивало проснувшуюся совесть Самохина.

Но раз шансов против сбежавшей уголовницы у них нет, тогда что? Воображение моментально изобразило правдоподобную и красочную картину дальнейшего развития событий: Андрей привозит бутылку, эта психопатка убивает их обоих и спокойно уходит восвояси…

От этой мысли Самохину стало по-настоящему страшно.

– У тебя рядом с участком ошивается бездомный щенок, – между тем говорила Надежда, и в ее голосе звенели осуждающие нотки.

 – Ему от силы три месяца. Ему холодно. Он тощий, как скелет. Он хочет есть, Дениска. А ты тут в тепле, груши жрешь да бухло остужаешь в холодильнике.

Она переплела пальцы и похрустела костяшками.

– Тебе сложно дать голодной собаке кусочек колбасы? Или хотя бы корку хлеба?

Дэн совершенно растерялся.

«Точно, спятила. Зоозащитница, елы-палы…»

– Я обязательно покормлю его, как только все закончится, – неуверенно сказал он.

Надежда расхохоталась. Смех был хрипло-простуженным, словно карканье дряхлой вороны.

– Ты мне напоминаешь одного кренделя, который написал на потолке «Завтра начну новую жизнь», – отсмеявшись, произнесла она. – А каждое утро, просыпаясь, смотрел на эту надпись и с облегчением думал: «Ну вот, завтра и начну эту жизнь». И все у него шло своим чередом.

Самохин выдавил из себя нервную улыбку.

– Нужно жить сегодня. Понял, Дениска? Прямо сейчас. Вот сию же секунду. Живи и радуйся каждой мелочи, парень, – сказала беглянка, и улыбки на ее лице уже не было.

 – Мы слишком поздно спохватываемся, когда время безвозвратно ушло.

– Ок, – послушно сказал Дэн.

Надежда громко фыркнула, и Самохин подумал, что этой образине наверняка позавидовала бы лошадь.

– «Ок, ок», – передразнила она его. – Учи латынь, салага. В аду тебе английский язык не понадобится.

Она снова откусила от груши.

– Становится скучно. Расскажи мне что-нибудь, – предложила она, чем поставила Дэна в тупик.

– Э-э… О чем? – глупо хлопая глазами, спросил он, и Надежда пожала плечами:

– Да по барабану.

Что-нибудь интересное. – Она снова отхлебнула коньяка. – Будешь?

Дэн завертел головой.

– Тогда рассказывай, – не унималась Надежда. – Расскажи про своего брата. По характеру вы тоже одинаковые?

Он потер уголок рта, сковыривая ногтем подсохшую корочку крови.

– Как-то в детстве нам с Андреем подарили машинки. Андрей свою тут же сломал или потерял, я уже не помню. Ему стало завидно, что я играю с машинкой, а он – нет. Он отнял ее у меня.