Сначала было весело

У Илюшеньки день рождения завтра. Точнее, уже сегодня, – поправилась она, бросив беглый взгляд на часы. – Ему будет 22 года… он станет совсем взрослым… Через несколько часов. И тогда… все решится. Поэтому я и сбежала.

Дэн сидел, словно изваяние, не в силах пошевелиться. Все происходящее казалось ему непрекращающимся кошмарным бредом.

Надежда толкнула ногой Андрея.

– Поднимайся, козел.

Качаясь, словно контуженный, мужчина выпрямился, потирая челюсть. Изо рта текла струйка крови. Надежда толкнула его на диван к Дэну, затем прищурилась, переводя внимательный взор с одного на другого.

– И правда, в натуре, братья. Как поется, Биба и Боба – два долбо…ба.

– Это кто, Дэн? – охрипшим голосом произнес Андрей, подвигав челюстью из стороны в сторону. Потом коснулся затылка и скривился. – Давно у вас так гостей встречают?! Я все-таки сплю. Разбудите ме…

– Если бы ты не стал валять дурака, ничего бы не случилось, – перебила его Надежда. Она вновь подняла перед собой бутылку с черной жижей. Слегка взболтнула ее.

Нахмурилась.

Андрей ущипнул за руку брата, и когда тот поднял глаза, он красноречивым взглядом показал на стул. Дэн плотно сжал губы, видя, как брат немного переместился влево. Что он задумал?

Надежда продолжала прожигать взглядом бутылку. Потом зачем-то обнюхала пробку. По ее крупному, мужеподобному лицу проскользнула смутная тень понимания.

Андрей подвинулся еще немного. Женщина этого не видела. Она гладила стеклянную поверхность бутылки, что-то беззвучно шепча и хмурясь.

Когда она повернулась, в ее лице не было ничего человеческого.

На братьев, злобно сопя, пялилась оскалившаяся морда зверя, и этот зверь был в неистовстве.

Она схватила «розочку» от бутылки, которую разбила об телевизор минуту назад.

– Это… не мое… Отрежу вам… Головы… – Слова с трудом вываливались изо рта зэчки, словно каждое из них было камнем, обмотанным колючей проволокой. – Не… мое…

Внезапно запиликал мобильник Дэна, который он оставил на столе, и она инстинктивно опустила голову на звук.

Пихнув в бок Дэна, Андрей скатился на пол и, схватив стул, с силой опустил его на голову уголовницы.

Надежда пошатнулась, с недоумением уставившись на Андрея. Без особого труда она вырвала стул из его рук и отшвырнула его в сторону. Тот пальцами нащупал гвоздодер, который лежал на столе. Телефон продолжал надрываться, и, судя по сигналу вызова, звонила Люда, жена Самохина.

– Смотри сюда, сука! – неожиданно гаркнул Дэн, и, смахнув фрукты с тарелки, метнул ее в Надежду.