Сначала было весело

Он разевал рот, тыкая пальцем за спину, и Андрей, чувствуя неладное, обернулся.

Надежда медленно выпрямлялась. С вытаращенными глазами и блестящим от льющейся потоком крови лицом она выглядела как зомби из жерла преисподней. Встав на колени, она поползла к дивану, открывая и закрывая рот, словно шкатулку – крышка открылась, крышка закрылась… Гвоздодер торчал из пробитого черепа, подрагивая при каждом движении беглой заключенной.

– Нет… Нет, нет, – не веря своим глазам, забормотал Дэн.

Из глотки Андрея вырвался клекот.

Трясущимися руками он взялся за валяющийся на ковре кактус. Раздирая пальцы в кровь, он ткнул им в лицо Надежды. Она моргнула. Андрей навалился на нее. Вереща от боли и напряжения, он пытался запихнуть кактус в раззявленный рот Надежды. Неожиданно огромные руки женщины сомкнулись на шее молодого человека. Андрей захрипел, но тем не менее продолжал с усилием проталкивать кактус дальше, пока он, разорвав губы мычащей зэчки, не втиснулся ей глубоко в глотку. Она мотала головой, как отряхивающаяся от воды собака. Но хватка ее не слабела, и лицо Андрея стало лиловым.

– По… по… помоги, – прохрипел он.

Дэн лихорадочно оглядывал комнату. Его полубезумный взгляд остановился на рогах косули на деревянном медальоне, который им в свое время отдал отец Люды – они висели на стене чуть левее часов. Стараясь не думать о стреляющей болью ноге, Дэн пополз к ним. Когда ему удалось сорвать со стены рога, Андрей уже не звал на помощь, а еле слышно сипел, звук напоминал воздух, выходящий из пробитого футбольного мяча.

Закусив до крови губу, Дэн скатился на пол. Бедное колено задело ножку стола, и он взвыл, чуть не потеряв сознание – теперь помимо торчащего в ноге шомпола ему чудилось, что в его несчастное колено насосом закачивают серную кислоту. Превозмогая дикую боль, он пополз к копошащейся окровавленной массе.

Лицо Андрея было уже синюшного оттенка, его глаза с полопавшимися сосудами закатились.

Всхлипывая, Дэн вцепился в мокрые от крови волосы Надежды и, ухнув, из последних сил ударил, метя в горло.

Изогнутый рог распорол шею, и Надежда задергалась в агонии. Наконец ее хватка ослабла, и Андрей откатился назад, кашляя и хрипя.

Дэн ударил снова, увеличивая рану на ее могучей шее. Лопнула артерия, и тугая струя крови забила фонтаном, тут же превратив лицо мужчины в алую маску. Его глаза полезли на лоб, когда он увидел, что Надежда, булькая и отхаркиваясь, пытается приподняться. Она взмахнула рукой, ударив Дэна в живот, и тот покачнулся, закашлявшись.