Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ

Действительно, ребята щелкали затворами широкопленочных складных гармошек или забавных квадратных коробочек. Моряк с Лейтенантом разложили оставшиеся трофеи и принялись сортировать на две равные доли. Разведчики отошли в сторону, каждому понятно, что самое лучшее достанется московскому начальству. А делят поровну на случай, если кто-то из них останется навсегда по эту сторону линии фронта. Прагматизм жизни и войны.

Счастливые обладатели фотоаппаратов устроили фотосессию. Череда групповых портретов на фоне сена повторяла одинаковые детали.

– Студент! – позвал Моряк. – Иди с Лейтенантом и честно ответь на все вопросы!

Более чем странный приказ заставил Олега напрячься. Здесь глубокий тыл, и кто имеет право допрашивать советского бойца? Впрочем, если они сюда пробрались, то высокое начальство тоже может выполнять некие особые задания. Мелькнувшая мысль о Штирлице невольно заставила усмехнуться.

Немецкий фольварк ничем не отличался от прибалтийской мызы или русского крестьянского двора, который он видел в музее под Новгородом. Разница лишь в строительном материале. Деревянный каркас на известняковом фундаменте, плетенные из прутьев стены обмазаны глиной. В качестве кровли использован камыш, для защиты от дождя деревянные детали обмазаны коровьим дерьмом, а стены известкой.

Молодые женщины окружили длинный стол и усердно крутили мясорубки. У одних хрустел сырой картофель, у других чмокало сало, третьи перекручивали говядину. Ближе к печи в деревянных корытах тщательно перемешивали фарш и набивали тонкие кишки. «Делают боквурсты», – догадался Олег.

– Дальше. – Лейтенант легонько подтолкнул в спину.

В примыкающей к печи комнатульке собрались только мужчины. Олег снова поздоровался и сел на предложенный стул.

– Нам сказали, что во взорванной полицейской машине не было ваших людей, – перевел вопрос Лейтенант.

– Только двое полицейских, на правом сиденье обер-лейтенант, за рулем гауптвахмистр, – уверенно ответил Олег.

– Ты стрелял по машине? – последовал новый вопрос.

– Нет, мне приказали задержать эсэсовцев. Если не верите, могу поклясться. – И поднял правую руку.

Мужчины взволнованно зашумели, а после продолжительного совещания положили перед Олегом Библию.