Снайперский удар

 – АГС привязан к основному направлению?

– Да, – надрывно ответил Стешин в готовности открыть огонь, похоже, больше по наитию, чем по конкретным координатам. – Флагшток блокпоста, отметка тридцать-ноль-ноль.

– Есть, – ответил Паша, отмечая в приборе направление на флагшток, параллельно наблюдая силуэты десятка человек, идущих по дороге ускоренным шагом.

– Денис! Угломер тридцать один – ноль-ноль. Прицел… пять гранат – огонь!

Бах-бах-бах-бах-бах! Пять раз полыхнуло пламя над позицией. Спустя несколько секунд Паша увидел разрывы, которые перелетели цель метров на сто.

– Прицел меньше на… угломер тот же… – скомандовал Паша установки прицела. – Пять гранат – огонь!

АГС снова озарился вспышками выстрелов.

– Ну, а вы что молчите? – крикнул Шабалин, поняв, что снайперы ждут его команды. – Федосов, бросай пулемет, работай винтовкой! Пока они далеко, работаем винтовками! Огонь по готовности!

Снайперы открыли редкий, но точный огонь из «СВДС». Паша знал – на дальности в пятьсот метров промахов у них не будет.

Новая порция гранат разорвалась в центре групповой цели, и в ЛПР Шабалин увидел, как повалилось несколько человек. Другие же припустили вперед. Прикинув упреждение, Паша скомандовал Денису новые установки прицела, которые тот мгновенно выполнил и послал в ночь сразу десять гранат.

Очевидность разнонаправленной атаки давила на психику – враг оставался в большинстве своем не виден, но он стремительно приближался к опорному пункту, угрожая сблизиться настолько, что невозможно будет применить артиллерию.

Паша обшарил местность прибором, чувствуя, как по спине потек холодный пот; без преувеличений и метафор – ему стало реально страшно. Впервые он допустил шальную мысль, что в его жизни настают последние минуты, отчего захотелось взвыть. Пока это чувство было еще неконкретным, предположительным, ибо и враг пока еще был далеко, но страх стал нарастать, заставляя думать о бегстве с позиции, пока еще не поздно.

– Так! – Криком Паша старался успокоить и себя, и, как ему казалось, всех остальных. – Угломер тридцать пять – тринадцать, прицел…

Денис уже крутил маховик, разворачивая АГС левее.

– Три гранаты – огонь!

Увидев разрывы, Паша внес поправку, и второй очередью Денис накрыл еще одну группу боевиков. Шабалин отчетливо увидел, как упали два человека, а остальные быстро рассыпались по сторонам, создавая бессмысленность дальнейшей стрельбы по ним из АГС.