Он перевязал руку и навалился на нее всем телом, чтобы остановить кровотечение.
– Ничего, – успокоил Исмаила один из санитаров. – Сейчас принесут носилки. Берег взят. Все в порядке. И глазом моргнуть не успеешь, как окажешься на борту.
– Чертовы японцы! – выругался Исмаил.
Потом он лежал на палубе какого-то корабля, в семи милях от Бетио, среди носилок, составленных в ряды; лежавший слева парень на глазах у него умер от осколочного ранения печени. Справа лежал парень с чуть выдающимися зубами; ему попали прямо в пах – кровь пропитала штаны цвета хаки.
Парень не мог говорить, он лежал, выгнув спину, и стонал как заведенный, через каждые несколько секунд, дыша мелко, через силу. Исмаил окликнул парня, но парень стонал не переставая. Когда через десять минут пришли санитары, чтобы нести его в операционную, тот был уже мертв.
Исмаилу отняли руку в операционной на корабле; операцию проводил ассистент врача, сделавший четыре ампутации за всю свою практику, начавшуюся несколько часов назад.
Ассистент пилил кость ручной пилой; он сделал прижигание неровно, и обрубок заживал слишком медленно, а шрам получился широкий и грубый. Исмаила оперировали под местным наркозом, и, очнувшись, он увидел свою руку, брошенную в углу операционной на кучу пропитавшихся кровью бинтов. Через десять лет ему все еще будут сниться скрюченные пальцы, касавшиеся стены, и сама рука, белая и чужая, хотя он тогда и узнал ее – кусок мяса, валявшийся на полу.
Кто-то заметил, что он смотрит на руку, что-то сказал, и руку, завернув в полотенце, сунули в обернутое брезентом ведро. Ему впрыснули еще морфия; Исмаил сказал тому, кто впрыснул, что «японцы… эти гады японцы…», но так и не закончил, не понимая, что хотел сказать; в голове у него мелькнули слова «эта гадина, эта японская сучка», но он так и не успел их произнести.
Глава 17
К двум часам первого дня суда снег покрыл все дороги на Сан-Пьедро.
Машина, мягко выписывая пируэты, скользя шинами, развернулась поперек и замерла, угодив фарой прямо в дверь лавки Петерсена; по счастливой случайности в это самое время кто-то открыл изнутри дверь, собираясь выйти, и потому ни машине, ни магазину не был причинен ущерб. За зданием начальной школы играли дети; мальчик съезжал по склону холма на куске картона и врезался в семилетнюю девочку, наклонившуюся зачерпнуть снега для снежка.
