Настя отрывисто дышит, глядя на меня своими большими, красивыми глазами.
К члену добавляются пальцы. Медленно ласкаю влажные складочки, вывожу круги по чувствительному узелку. Настенька дышит через раз, всё чаще хватая ртом воздух.
— Да, маленькая, не бойся. Кончай, — смотрю в осоловелые глаза. Клитор пульсирует мне в пальцы, Настя шокировано вздрагивает, часто облизывает губы.
Упираюсь во вход, пока не пришла в себя. Она приподнимает бёдра. Осторожно надавив ладонью, возвращаю её на место.
— Просто доверяй мне, — давлю чуть сильнее, оказываясь внутри.
По телу волнами проходится жар. Глаза Насти становятся ещё больше. — Я люблю тебя, невеста, — дышу в сладкие губки, — всё будет хорошо, — снова давлю.
— Ай… — вздрагивает, — больно… — растерянная очень, в себя никак не придёт после оргазма. Это хорошо. Будет полегче.
Плавно отступаю, снова медленно скольжу вперёд, чувствуя её дрожь, влагу её желания.
— Моя Снегурка. Только совсем не холодная.
— А какая?
— Очень, — целую в одну щёку, отвлекая Настю от того, что происходит ниже, — очень, — целую во вторую щёку, — горячая, — накрываю её губы своими и толкаюсь до конца.
Она тяжело дышит, а я целую, целую, целую, чтобы опять отключилась. Касаюсь сосков, играюсь с ним, заглядываю в пьяные глаза. Плавными ударами бёдер разгоняю кровь.
Так хорошо…
Глаза закатываю от кайфа ощущать Настю своей во всём.
Я чертовски голоден, но всеми силами сдерживаю порывы разогнаться до желаемых скоростей. Не хочу напугать, тем более как-то навредить.
Она начинает отмирать. Касается меня пальчиками. Водит по напряжённым рукам, трогает мои губы. По пульсирующим зрачкам вижу, что ещё больно и дискомфортно, но она меня принимает и не болтает больше без умолку. Сама тянется за поцелуем. Сталкиваемся телами, языками, наши вдохи и выдохи смешиваются.
Чтобы дать нам обоим прочувствовать всё до конца, надеваю презерватив и вновь осторожно толкаюсь в неё. Шипит и кусает губки.
— Красивая моя, — веду пальцами по её щеке.
Мои движения всё же становятся чуть резче, быстрее.
Затылок ошпаривает кипятком, по коже несутся мурашки, напряжённые мышцы содрогаются, и меня накрывает ярким, мощным оргазмом. Член, плотно сжатый горячим лоном, пульсирует внутри. Настя удивляется, поймав новые ощущения.
— Вот ты и стала взрослой, — улыбаюсь ей, всё ещё хрипло дыша. — И всё поместилось, — тихо посмеиваюсь. Она смущается, обнимает меня, прячась и целуя в шею. От её дыхания раскалённая кожа снова покрывается мурашками.
