А вот Морозов что-то тебе реально плохое сделал… и после этого будет пипец кринжово, если папашин тендер достанется ему. Ну, или тому мужику со шрамом из его корпорации. Чисто по-человечески, сказала она. Потому как ты слишком робкая и никуда заявлять на Морозова не станешь. И в связи с этим у меня возник вопрос, — неуклюже подытоживает Колька. — Он что… тебя избил? Или изнасиловал?
Глава 39. Веское слово Волчары
Избил или изнасиловал?…
Вопрос Кольки ошарашивает меня до состояния лёгкого ступора.
До этого момента я даже и подумать не могла, что наш разговор с Морозовым можно интерпретировать в таком ключе. Это же просто в голове не укладывается!
Ужаснувшись, я с жаром начинаю:
— Нет, он просто…
— Нова! — прерывает мое возмущенное восклицание громкий стук в закрытое окно машины, и по ту сторону появляется беспокойное лицо подруги. — Он тебя там запер, что ли? Колька, я тебя убью сейчас! Быстро открывай…
— Да я просто поговорить с ней хотел! — раздраженно огрызается тот.
— А то у папы тендер на носу, вопрос как бы серьезный. Он же терпеть не может тех, кто вот так с бабами… в смысле, с девушками… и шкуру с меня снимет, если останется не в курсах…
— В другой раз поговоришь, говорун! Или ты хочешь, чтобы наши любопытные соседи запомнили твой номер, пока ты тут торчишь посреди улицы, и доложили моей бабушке? Уж она-то с твоим папкой с удовольствием обсудит твое вождение на остановке!
Резко изменившись в лице, Колька мгновенно щёлкает автоматическим замком машины.
И Зая тут же распахивает передо мной дверцу.
— Ну наконец-то! Давай быстрее в дом… а то мало ли… тут напротив нас сейчас на своей даче затусовалась семья Балабановых! А старшенькие у них — просто жуткие фанаты соцсетей. Как бы тебя не запалили…
Она настойчиво тянет меня за калитку.
Я даже слово «пока» выдавить не успеваю, а Колька уже срывается с места. И мощный шум работающего на пределе мотора стремительно затихает вдали.
Его шокирующий вопрос никак не отпускает.
И я волей-неволей начинаю задумываться… а что, если Морозов тоже воспринял всю нашу ситуацию с неправильной стороны? Ведь если хорошенько подумать, то что он мог запомнить в ту ночь?
Обрывки ощущений, помноженных на температурный бред… потом, наверное, и слова того цинично-болтливого врача…
Наверняка последний после его пробуждения отвесил какую-нибудь шуточку насчет своевременного «активного взаимодействия».
