Снесу крышу. Дорого

Он поставил автомобиль на парковке жилого комплекса, помог Даше выйти и предложил ей руку. Она обернула тоненькую цыплячью ручку вокруг своего мускулистого предплечья. Рядом с помощницей он ощущал себя человеком-горой.

…Которому опять было не о чем с ней разговаривать.

— Не боишься идти домой к малознакомому человеку? — спросил Поляков.

— Боюсь, — неожиданно призналась Дарья. — Но я написала в своем аккаунте, куда пошла.

Паша потряс головой, пытаясь осмыслить.

— Аккаунт закрытый, не переживайте, — успокоила его девчонка.

Кощей силился понять, что его «вышибает» больше: ее искренность, подозрительность или предусмотрительность?

— А какой тогда смысл писать?

— Если со мной что-нибудь случится…

Она не угрожала. И даже не предупреждала. Просто он задал вопрос, и она рассуждала.

— То есть сам факт того, что с тобой здесь может случиться что-то плохое, ты допускаешь?

— Что-то плохое с человеком может случиться когда угодно, — возразила Даша.

— А почему ты тогда поехала?

— А у меня что, был выбор? — тоном «а что, так можно было?» полюбопытствовала она.

И у Паши снова появилось желание ее придушить, загрызть, нагнуть. Просто поставить на колени.

Благо до квартиры оставалось уже совсем недолго. И недалеко. Он не успеет расплескать нужный настрой, погрязнув в философиях.

В лифте они ехали молча. Дарья была напряжена. К сожалению, Поляков констатировал, что это было не то напряжение, когда искрит.

Она действительно боится.

Если у машины она флиртовала и даже заигрывала, то теперь под невозмутимостью прятался страх.

Она на полном серьезе написала, куда поехала, осознал Кощей. Она ему настолько не доверяет.

С другой стороны, он сделал для этого почти всё возможное.

Но она всё же поехала.

Она ему не доверяет. Но надеется. Хотелось бы в это верить.

— Вот и мой дом, Дарья Владиславовна. Прошу!

Он распахнул дверь в квартиру. Это была его гордость. Три комнаты. Зачем ему больше? Он же один. Зато комнаты были большие. Просторные. В них было много воздуха, света и мало мебели.

Наверное, это пришло после службы, но Паша мог расслабиться только там, где всё хорошо просматривалось с первого взгляда. Минимум стен, максимум стекла.

Он помог Дарье снять куртку, ту же самую, знакомую с их первой встречи. Нужно будет как-то рассказать. Но не сейчас.

Поляков жестом предложил пройти в кухню-столовую-гостиную, со столом, подвешенным к потолку на металлических цепях. Стол был предметом Пашиной гордости.