Снесу крышу. Дорого

 — Где вы так научились резать овощи?

— Годы дрессировки, — пожала она плечами.

— Просто удивительно, почему при таких кулинарных талантах вы не умеете жарить стейки, — польстил Кощей.

— Почему, почему… Потому что для того чтобы научиться жарить стейки нужно эти стейки иметь в холодильнике. — Фраза была произнесена ровно, почти вальяжно. Что резануло слух на контрасте с поднятым жестким взглядом.

Поляков на секунду испытал острое чувство стыда.

Он же знал, что Дарья обеспечивала свою больную мать. И предыдущая ее зарплата секретарши вряд ли была намного больше, чем та, что он сам ей установил.

Какие там стейки… Там на куриные окорочка бы хватило. Раз в неделю.

— Прости, — вырвалось у Паши. — Те, — добавил он запоздало.

— Ну вот, основная часть уже мероприятия уже позади, остался банкет, и все могут быть свободны, — чуть натянуто улыбнулась Дарья.

Паша редко задумывался на тему, что творится у женщин в голове. В этом отношении он разделял прагматичный подход девчонки: «подай — принеси».

Это то, что должна уметь и делать женщина.

Отец периодически пытался его пилить по поводу отсутствия семьи. Но для Полякова отец уже давно не был авторитетом. Свою мужскую состоятельность Кощей в первую очередь доказывал ему. Один из лучших гастроэнтерологов своего города, Поляков-старший хотел, чтобы сын пошел по его стопам. Хотел создать династию. Паша же уперся рогом и пошел, в пику отцу, в военное училище. Отец говорил, что это глупость подростковая и Паша оттуда с позором вылетит через полгода.

Паша не вылетел. Спасибо друзьям, он отучился. И отслужил отчизне.

Суть в том, что для Паши, как и для его отца, женщина была, как это принято называть, «надежным тылом». То есть помесь домработницы, гувернантки и аппарата для удовлетворения сексуальных потребностей. Хотя для половых утех папа всегда держал пару-тройку более для того приспособленных тел женского пола. Близкое знакомство с этим фактом когда-то и заставило Пашу рвануть из дома в военное училище.

Но это было давно. И уже неважно. Важно, что до тех пор, пока женщина исправно выполняла свои функции, ее внутреннее устройство Кощея не волновало. Он отрабатывал свой минимум по сексуальному и финансовому удовлетворению ее потребностей, а если «устройство» начинало ломаться и капризничать, попросту избавлялся от него.

Сейчас же он впервые столкнулся с устройством, которое «давало неправильный мед», выражаясь словами известного оптимиста.