Снесу крышу. Дорого

— Ну нет, так не пойдет, — возразил Павел Константинович. — В спичечном коробке вашей кухни просто нет места для разворачивания полевого госпиталя, — сообщил он и опять подхватил Дашу на руки. Чтобы отнести в ее комнату.

Дарья в домашнем халатике выглядела просто чудо какой милой. Она казалась еще моложе. Хрупкие ключицы выглядывали из-за ворота халата, ровные коленки гладких ног — из-под подола. Было заметно, что Даше было неловко, и она не знала, куда деть руки. Пашу аж подбрасывало от мысли, что ему всё же удалось вывести девчонку из равновесия.

А то прямо Снежная Королева.

В этом халатике она выглядела именно девчонкой, которую хотелось затискать. Точнее, сначала расстегнуть молнию на халате, а потом затискать. Но с молнией Паша решил повременить. И еда доходила на медленном огне, и ногу нужно было обработать. А то он как Терминатор — ни дня без разрушений.

Поляков подхватил хозяйку на руки (формы, конечно, приятнее на ощупь, но «суповой наборчик» легче носить) и усадил в комнате на диван.

Быстро вернулся, — чтобы Дарья не опомнилась и не взяла себя в руки, — и сел на пол у ее ног. Стопы у Даши были ровные, узенькие, с тонкими голубыми жилочками венок. И холодные-холодные. Паша сжал ладонями поврежденную ногу и стал ее аккуратно растирать-разминать.

Пальчики у нее были аккуратненькие, пяточки гладенькие, ноготки ухоженные. Прямо хотелось облизать такой пальчик и прикусить его. Поляков был неравнодушен к женским ступням.

Особенно, когда такие ступни ласкали его член. От одной мысли, что Дарья может потянуть сейчас ножку вперед и провести стопой по ширинке, эта сама ширинка вздулась, как воздушный шарик.

Кошей постарался удержать на лице естественное выражение (непонятно чего, но очень естественно) и поднял глаза. Взгляд Дарьи был расфокусирован. Губы безвольно приоткрыты. Паше потребовалась вся сила воли, чтобы не подняться и не навалиться сверху, впиваясь в эти по-детски нежные, розовые губы.

Сначала испорченная блузка, потом лицо и жилет, теперь нога и туфля. Для полноты комплекта не хватало только изнасилования.

Поляков поменял положение своих коленей так, чтобы эрекция не сразу бросалась в глаза, и немного отвел ногу Дарьи в сторону, открывая снизу обзор на выбритое междуножье. Сначала чуть-чуть, потом, нанеся на ногу обезболивающий крем, чуть согнул ее колено и отвел еще.