Снежить

 – Нина теперь говорила шепотом, наверное, Темка был где-то поблизости.

– Тут безопасно. – Нет, он не злился. На Нину у него злиться не получалось. Но и успокаивать он не умел, не было у него таких талантов.

На мгновение Нина исчезла из поля зрения, кажется, за чем-то потянулась, а когда вернулась, в ее руке был альбомный лист.

– Смотри, – сказала она так же шепотом. – Смотри, что нарисовал Темка.

Темка нарисовал существо. Человеческое туловище, медвежья голова. На туловище – медицинский халат. На шее – красная веревка… Приплыли…

– Фантазии.

 – Чернов очень старался, чтобы голос звучал ровно. – У него возраст такой, сама понимаешь.

Сущь снова кивнул, соглашаясь с ним насчет фантазий и возраста.

– Может, сказку какую прочитал. – Он задумался, вспоминая сказки. – Про трех медведей!

– Вадим, не надо. – Нина аккуратно сложила рисунок, сунула его куда-то. – Не надо со мной так… как с обычной…

– Ты необычная. – Он не дал ей договорить. – Необыкновенная. – Он даже улыбнулся, хотя рисунок Темки словно выжгли у него на сетчатке, а в ушах звенел голос той твари, которую Ник назвал Снежитью, обещание ее звенело.

– И Шипичиха говорит…

– Шипичиха много разного говорит! – Чернов оборвал ее уже резко, с раздражением. Не хватало ему этих… дамских истерик и предчувствий! – Нина, я тут не один, нас тут целая банда. И у всех головы на месте. Разве только насчет Гальяно у меня есть сомнения.

– Оно приходит из воды. – Она словно бы его не слышала. Не хотела слышать. – Я просыпаюсь посреди озера, кругом снег и лед, а передо мной – полынья.

Я не вижу ничего, Вадим, но знаю, что оно там… под водой. И мне так страшно, что оно выберется… Выплеснется.

Час от часу не легче… Как оно… Как эта тварь могла дотянуться до Темной воды и до Нины? Как такое вообще возможно?

– И Сущь беспокоится. – Нина снова обхватила Сущь за мощную шею, прижалась щекой к косматой морде. – Он будит меня по ночам своим воем, выдергивает из этого сна, не позволяет ему продолжиться. Понимаешь? А Темке… – Она говорила быстро, будто боялась, что он откажется ее слушать.

Откажется слушать весь этот… бред. – А Темке снится белый медведь. Мертвый. Мертвый медведь, Чернов! – Она повысила голос, но тут же перешла на шепот. – У него нет одного глаза, а на шее веревка с человечками. У человечков звериные головы. Они дергаются на этой веревке, словно хотят убежать, но у них ничего не получается.

В висках заломило. Тварь дотянулась не только до Нины, но и до малого. Плохо дело! Надо с тварью что-то решать.