Снежить

Да и хотелось ему прогуляться в одиночестве, пройтись по сорокаградусному морозцу, проветрить мозги.

Морозец был колючий и мозги не проветривал, а выдувал напрочь. Чернов натянул на голову капюшон, сунул руки глубоко в карманы куртки. Как оказалось, зря сунул, может быть, сумел бы среагировать быстрее, когда из темноты выступила серая тень…

Сквозь стеклянный потолок спальни Ник видел колючие звезды и самый краешек северного сияния. Ярко, так ярко, что не уснуть. Или не спится ему не из-за этого, а из-за увиденного в ангаре? Есть ведь реальный повод для бессонницы.

А еще не спится от мыслей об Алисии. Имя такое… вычурное, но ей подходит. Вот только звать он ее будет просто Лисой, так короче и красивее. И вообще, она на лисичку очень похожа, на испуганную лисичку. Понять ее страх легко, не всякий мужик остался бы спокоен после того, что ей довелось пережить. А она вот пережила и даже выжила, только боится теперь, вздрагивает от каждого шороха. Сидит небось одна в этом своем стеклянном боксе и боится. Конечно, не совсем одна, там охранник, медсестра есть, Чернов, наверное, наведывался, но страха от этого меньше не станет. А полярная ночь отваге и силе духа не способствует.

Ник вздохнул, встал с кровати и принялся одеваться. Может, это не слишком красиво и не совсем галантно, но полярной ночью люди, которые столкнулись со Снежитью и остались живы, должны быть вместе. Домик у него большой, кровать широкая. От мыслей про кровать кинуло в жар, и Ник усмехнулся. Он поспит на полу, если что. В спальнике или вон на том лохматом коврике.

Как верный пес. Или как верный волк…

Снаружи царила такая исключительная тишина, что Нику казалось, что он слышит, как вибрируют далекие звезды. Он замер, закрыл глаза, прислушиваясь теперь уже к себе самому. Лютоволк был близко, кружил вокруг поместья. Ник чуял его усталость и его нетерпение. А еще тревогу. Да, этой ночью неспокойно было всем.

В окнах медкорпуса горел свет, Ник видел темный силуэт охранника и светлый – медсестры. Лису он видеть не мог, потому что стеклянный бокс находился внутри здания.

Охранник впустил его с явной неохотой, лишь после того, как переговорил с кем-то по рации. Медсестра, вообще, не стала вмешиваться, лишь проводила взглядом и уткнулась в мобильник. Да, здесь, на краю земли, работал Интернет, и люди не чувствовали себя оторванными от цивилизации. Собственно, здесь и была цивилизация во всех лучших ее смыслах. Цивилизация, которой даже лютый холод и вечная мерзлота не были помехой.