Снежить

Так же вежливо, как давеча Волков. Точно – тещи!

– Тебе, Вадимка, Нина говорила, что волнуется? Что чувствует опасность, говорила?

– Говорила… – Вадимка понурился. – Кажется…

– Кажется ему! Когда кажется, креститься нужно! – Старуха погрозила ему пальцем, а потом сказала уже вполне спокойным голосом: – У Нины – кошмары. У Арины – видения, одно другого страшнее. У Анук карты такую хрень показывают… – Анук кивнула, подтверждая. – Про свои опасения я тебе еще раньше рассказала. Помнишь, Вадимка?

Вадимка скрежетнул зубами, но продолжал вежливо улыбаться.

– Где моя жена? – спросил он голосом, который не предвещал ничего хорошего.

– И моя! – вставил Волков.

– Спят! – отрезала Анук. – И проспят еще три дня и три ночи. – А вы что думали, это плевое дело – обережного духа инициировать на тридцать три года раньше положенного да на край земли перекинуть?! Скажи им, девочка! – И она уставилась своими черными глазюками на Веронику.

– Это очень тяжело, – так же вежливо, с почтением ответила Вероника. Чувствовалось, что эти сварливые старухи ей очень нравятся.

Веселов вздохнул, хоть бы ему с тещей повезло чуть больше, чем Волкову с Черновым. Нет, он, конечно, готов… Вероника наступила ему на ногу, очень многозначительно наступила, и он постарался больше не думать про всякие глупости. Уж у него-то теща будет золотая! Такая же золотая, как и жена! – Я не знаю случаев, чтобы получилось инициировать существо такой силы за такой малый срок.

– А ни у кого и не получалось, – сказала старуха Васильевна. – Прецедент, если хотите знать! И теперь имеем, что имеем.

Псы у вас, а у нас тут две спящие красавицы и два неуправляемых ребенка.

Словно в подтверждение ее слов за кадром послышались визги-писки, а потом в экран сунулись два взъерошенных, разрумянившихся существа. Девочка постарше, мальчик поменьше. По тому, как изменились суровые лица Волкова с Черновым, сразу стало понятно, чьи это детки. Веселов вздохнул мечтательно, вот у них с Вероникой тоже будут двое – мальчик и девочка.

– Трое, – шепнула Вероника, оттаскивая его от стола с ноутбуком.

 – У нас будет трое.

– Да ты что?! – Он так обрадовался, словно бы она уже была беременна тройней. – А когда?

Она усмехнулась, ничего не ответила. Значит, сюрприз! Ну и ладно, он любит сюрпризы!

Раны заживали быстро. Не как на собаке, но все же. Медведь сломал ему несколько ребер, и вот они, заразы, болели. Особенно когда Сущь решал вдруг проявить свою собачью преданность и закидывал передние лапы Чернову на плечи.