Снова и снова

Но вскоре он отстраняется и тянет меня за руки на себя, помогая избавиться от мешающей кофточки. И чувствую, как легким движением расстегивает лифчик, бретельки которого тут же спадают с плеч.

Ненужные вещи он откидывает в сторону и вновь возвращается к моим губам. Наши языки сплетаются, словно в схватке. Прикусываю его губу, получаю рык в ответ на свою дерзость.

Откидываюсь на спину и тяну его за собой, принимая новую порцию поцелуев. Его руки блуждают уже по обнаженному моему телу, касаясь самых чувствительных мест губами, вырывая из меня сладостные стоны.

Но мне мало, мне все еще мало его. Я хочу большего.

Его пальцы проворно пробираются под резинку спортивных брюк, накрывая ладонью поверх трусиков, слегка надавив пальцами, вызывая сумасшедшую волну возбуждения, прокатившуюся по телу дрожью. Выгибаюсь навстречу его рукам, ощущая горячие губы на груди, на что новой волной откликается мое тело.

Кир отстраняется, стягивая с меня брюки, и тут же снимает с себя джинсы.

Следом к вещам летят мои трусики. А я уже не могу терпеть это сумасшедшее желание, которое разрывает меня. Тянусь к Киру, желая ощутить его на себе, но тот, лишь ухмыльнувшись, целуя грудь, спускается ниже. У меня перехватывает дыхание.

Когда ощущаю его дыхание там, в самом сокровенном месте, мое сердце готово остановиться. Но касание его языка нежной плоти вызывает стон.

— Боже, Кир, что ты со мной делаешь? — срываются слова сами собой, и лишь краем сознания понимаю, что я только что сказала.

Но парень не собирается останавливаться на достигнутом и пускается в исследование нового, открытого им самого чувствительного места. Лаская, целуя, доводит до невообразимых ощущений, испытываемых мною впервые. Низ живота скручивает пружиной сладкого спазма. И выгибаясь в спине, вскрикиваю от взрыва вселенной в моем теле миллиардами звезд.

Мое феерическое состояние не отвлекает даже шуршание чего-то в руках парня.

Сладкие и тягучие волны разливаются по телу, когда я ощущаю на себе тяжесть Кирилла.

Он припадает к моим губам в страстном и глубоком поцелуе, отвлекая от того, что должно сейчас случиться.

— Прости, — шепчет мне на ушко, но я не успеваю переспросить, ощущая резкую боль, когда парень срывает последнюю преграду между нами.

Всхлипываю. Он замирает, давая привыкнуть к новым ощущениям, и слизывает скатившуюся одинокую слезинку.

Боль утихает, рождая новые возбуждающие ощущения в теле.