— Почему ты стараешься, чтобы это было так трудно?
— Любовь должна быть трудной, Анита, иначе чего она стоит? Ты меня учила этому все эти месяцы в твоей постели, когда твоё тело прижималось ко мне, а облегчения не было. Ты мне показала, как трудна может быть любовь.
— Прости меня, — сказала я. — Я до вчерашнего дня этого не понимала.
Он потянулся вверх, поднял голову почти к самым моим губам.
— Извиняться не надо, ты только люби меня.
Я ответила прерывистым голосом:
— Не сейчас.
— Не сейчас, — выдохнул он прямо мне в губы, — но скоро.
— Он поцеловал меня целомудренным касанием губ, потом встал и отодвинулся, давая мне место. Я смотрела, как он идёт к двери через всю комнату. — Я пойду скажу им, что у нас все в порядке.
Я кивнула — на свой голос не надеялась. Он дал мне место — физически, но эмоционально он продолжал давить на меня вплотную. Я ждала, что меня охватит паника, но вместо неё пришло воспоминание о нем в моем теле и мысль, каково это было бы — если б он в меня пролился.
Глава тридцать первая
Кричала я громко, и пробыли мы тут долго, так что где-то в глубине души я жалела, что нет в моем офисе запасного выхода. Но его нету, и даже если бы я хотела, мне через него не удрать. И ещё: заподозри Берт, что я смущаюсь, он бы тут же это против меня обернул. Постарался бы использовать как козырь в игре «кто кого», в которую мы с ним уже много лет играем. Значит, единственный способ — делать наглую морду. (Вздыхаю)."
"Кое-как я причесала пальцами волосы — единственное, что можно делать с моими кудряшками.
От щётки они превращаются в путаницу. Потом рассмотрела макияж в зеркальце, которое последнее время держу в ящике стола. Проблема с тем, чтобы выглядеть несколько более женственно, — в том, что приходится за этим следить. Если намазала губы, то надо периодически посматривать, не смазалась ли помада в клоунский грим. Мне нравится, как я выгляжу с накрашенными губами, но терпеть не могу об этом помнить.
Тени возле глаз отлично сохранились, но помада размазалась начисто.
Опять же, спасибо, что ковёр тёмный. Красная помада на светлом ковре выглядела бы неловко. А на темно-коричневом её никто и не увидит.
Я взяла смывку для косметики — её полагается применять для глаз, но оказалось, что помаду она тоже отлично смывает. Вот я и смыла её всю, и пришлось губы красить заново. Видите, сколько возни? Слава богу, что почти никогда тон не кладу. Вот его оттирать с ковра замучаешься.
