Соавторы

Голова сегодня не болела, ныла слегка, но по сравнению со вчерашней выматывающей, раскалывающей затылок на множество частей кипящей лавой, наполненной чугунными гирьками, бьющими изнутри по черепной коробке, это было сущей ерундой, малозаметным комариным укусом и могло расцениваться как состояние полного и абсолютного здоровья.

Лиза, конечно, устроила вечером сцену, упрекала его, обвиняла и называла всякими малоприятными словами за то, что по его милости они не смогли выяснить, кем была та дама, с которой встречался в ресторане писатель Богданов и которой он дал деньги в обмен на пухлый конверт.

Слава сперва не особенно злился, он понимал, что жена права и в том, что женщину упустили, вина его и только его. Однако по мере продвижения ссоры к стадии скандала в нем начал закипать протест. Против жены. Против ситуации, вынуждающей его заниматься черт знает чем. Против себя самого, не находящего в себе сил противостоять натиску Лизы. Против сына Юрки, по милости которого он оказался втянут в это дерьмо. Против всего. И даже почему-то против погибшего год назад журналиста, за чьими материалами теперь приходится охотиться. Он вяло огрызался в ответ, потом начал повышать голос, в общем, ничем хорошим вечер пятницы не завершился.

Зато утром все было по-другому. Ясная солнечная погода, голова не болит, и - главное! - сегодня соавторы снова соберутся у мэтра, и наверняка Богданов озвучит новую идею, почерпнутую из полученных накануне материалов.

Собственно, можно было бы уже сейчас звонить Николаю или даже напрямую Андрею Степановичу и докладывать, что из троих писателей, работающих в проекте ""Василий Богуславский"", материалы покойного журналиста получает именно Глеб Борисович Богданов.

Но хотелось полной уверенности. И кроме того, так и осталось невыясненным, от кого он их получает, материалы эти. И есть надежда, что в разговоре с соавторами он об этом скажет.

Например: ""Я вчера встречался с…"" - или что-нибудь в том же роде. Сегодня. Сегодня все станет окончательно ясным и благополучно закончится."

"Поэтому настроение у Славы Боровенко, несмотря на бурно проведенный вечер, было стабильно приподнятым. Лиза хранила угрюмое молчание, и ему с большим трудом удалось втянуть ее в разговор, но постепенно она оттаяла, убедившись, что муж обсуждает план деятельности заинтересованно и конструктивно.