Соавторы

- Нам нужно сегодня подъехать на Сретенку пораньше, - деловито рассуждал он, поедая сладкую рисовую кашу с яблоками и изюмом - свой любимый завтрак, - и послушать, что будет происходить в квартире, пока мэтр прогуливается по бульварам.

- Зачем? - настороженно спросила Лиза. - Что там может происходить? Там одна старуха.

- Она может с кем-нибудь разговаривать по телефону и что-нибудь сболтнет. Вчера вечером я слушал их, пока писатель спать не улегся, и у меня сложилось впечатление, что бабка знает, с кем и зачем он встречался в ресторане.

Там такая, знаешь ли, пикантная ситуация, при которой Богданов от старухи что-то скрывает, а она догадывается и все время его этим шпыняет. Ну, вроде того, что он не дело затеял, и что она его не одобряет, и что его матери-покойнице это не понравилось бы.

- А что Богданов? - В голосе Лизы появилась заинтересованность.

- О, мэтр Богданов - само высокомерие, - хмыкнул Слава. - Дескать, не впадай в маразм, Глаша, не говори ерунду, что ты себе вообразила, поменьше детективов читай и так далее, и вообще, как ты смеешь меня подозревать в чем-то эдаком.

Они вчера даже поругались, но я ни слова не разобрал, Богданов к старухе на кухню пошел, а оттуда почти совсем ничего не слышно, только понятно было, что они разговаривают на повышенных тонах и очень друг другом недовольны. А потом ему кто-то позвонил, не то одна из бывших жен, не то внучка, я не понял, он имя ни разу не назвал, но глаголы употреблял женского рода. К телефону сначала подошла старуха, голос сразу понизила и принялась нашептывать, мне было плохо слышно, но я разобрал что-то вроде ""я тебе потом расскажу, а то он рассердится"". А потом уж хозяина подозвала. Вот я и подумал, что у бабки с этой родственницей особо доверительные отношения и, пока мэтр будет прогуливаться, она вполне может ей позвонить и поведать что-нибудь для нас интересное. Кстати, когда она вчера уходила, Богданов ей резко так сказал на прощание: ""И прошу тебя, Глаша, перестань соваться в мои дела и морочить мне голову"". Ну что, поехали?

Он залпом допил вторую чашку кофе и поднялся.

Лиза тоже встала из-за стола, быстро составила в раковину грязную посуду.

- Вечером помою. Только сегодня я возьму свою машину, - с вызовом произнесла она.

- Да конечно, конечно, - примирительно отозвался Боровенко.

К дому на Сретенском бульваре они подъехали в начале десятого.