Соавторы

Славчиков ничего не имеет против твоих взглядов, но у него сложные отношения с первым мужем своей жены…

- Первый муж, вторая жена, - с раздражением перебила отчима Настя. - Эти два козла бабу не поделили, а я оказалась крайней.

- Ребенок, выбирай выражения!

- Ага, ты еще скажи свое сакраментальное: ""Ты же девочка"". Пап, мне сорок три года, мне через два года на пенсию уходить, я даже на работе уже давно выражений не выбираю, а уж дома - тем паче.

- Это тебе для твоего дружка Короткова сорок три года, а для меня ты была и остаешься ребенком.

И не угрожай мне своей пенсией, не на такого напала.

Почему-то слова о том, что она была и остается ребенком, Настю обезоружили, и способность к вырабатыванию праведного гнева резко упала.

- А что ему нужно, твоему профессору? - вяло поинтересовалась она.

- Я так понял, что ему нужна консультация. Вернее, не ему, а его жене.

- Это из-за которой весь сыр-бор, что ли?

- Ну да, наверное.

- Прелестно, - фыркнула Настя. - Я из-за ее прекрасных глаз чуть было пару не схватила, а теперь я еще и консультировать ее должна.

По какому вопросу?

- Не знаю, ребенок. Честное слово, не знаю. Там какая-то мутная история, в которой она не может разобраться. Просит помочь.

- Мутная, мутная… - пробурчала она. - Чем она хоть занимается, эта красотка? Из какой области история?

- Она - писатель…

- Так это насчет издательской деятельности? - радостно перебила отчима Настя. - К Татьяне пусть обращается, к Тане Образцовой, Танюшка у нас писатель и одновременно милиционер, она ей все расскажет.

А я - пас. Я в этом ничего не понимаю.

- Ты меня не дослушала, - голос Леонида Петровича зазвучал недовольно и обиженно. - У нее нет никаких проблем с издателями, у нее проблема с соавторами.

- Ах, у нее и соавторы есть?

- Ребенок, держи себя в руках. Есть личные переживания, а есть дело.

- Хорошо бы твой профессор об этом вспомнил, когда мою оценку обсуждали. И как у него наглости хватает обращаться ко мне? Он что, думает, что я ничего не знаю?

- Конечно, - рассмеялся Леонид Петрович, - именно так он и думает.

Асечка, он очень раскаивается, ему страшно неудобно за то, что он дал волю эмоциям, а в результате пострадала ты. Яковлев мне полчаса об этом говорил по телефону. Славчиков хороший мужик, правда. И если есть возможность ему помочь, то почему надо отказывать? Тем более ты в конце концов получила четверку, а вовсе не двойку.