Соавторы

Ты на руки свои посмотри. Ты их когда мыл-то в последний раз? На них грязи больше, чем в помойном ведре. Борщ-то прокис. Ты грязными руками в него залез, он и прокис. Знаешь, какой хай бабка та подняла? Милицию вызывать хотела, боялась, что кто-то их отравить собрался. Кому ключ от черного хода давал?

- Никому, - быстро ответил Мишаня. - Вот ей крест, никому.

- Да брось ты, - махнул рукой Сергей, - и так уже все рассказал. За ключ-то тебе точно ничего не будет, ты ж его не украл, так только, знанием поделился, мол, вот этот ключ к этому замку подходит.

- Да не давал я его никому, ты чего, начальник!

- Слушай, Рыло, я с тобой утомился донельзя. Если ты молчишь про ключ, значит, подозреваешь, что дело нечисто, а может, и про готовящееся убийство знал. Это плохо, тут можно неприятности схлопотать. А ежели ты мне все как на духу выкладываешь, стало быть, ни о чем не догадывался, и совесть твоя чиста, и ты вообще не понимаешь, почему это надо скрывать. Ну? Понимаешь, почему надо от милиции скрывать, что у тебя попросили ключ от той квартиры?

- Не, - честно признался Рыло, который в такой длинной фразе почти сразу запутался и действительно ничего не понял.

- Тогда рассказывай.

Выходило, что надо рассказывать. Правда, как-то непонятно выходило, но ведь так сложилось, что он, Рыло, ответил на вопрос - и сразу получилось, что придется рассказывать Под кайфом логика, которая никогда не была его коньком, давалась Мишане совсем туго.

- Да все тот же мужик и попросил. Вернее, не попросил, а денег дал в обмен на ключ.

- Много денег-то? - поинтересовался Зарубин.

- Да ну… На две дозы.

В сопровождении все тех же оперативников Мишаня Шарыло съездил домой и среди кучи беспорядочно набросанного барахла вперемешку с мусором нашел-таки бумажку, а точнее - пустую пачку из-под сигарет ""R1"", на которой записал номер машины. Имя и адрес владельца стали известны минут через десять после этого, а еще через час Вячеслав и Елизавета Боровенко сидели в кабинете у следователя.

Супруги Боровенко не ожидали, что все закончится так скоро и так бесславно. Оба прочли в своей жизни немало книг, в том числе и детективных, и каждый раз недоумевали, когда преступники начинали признаваться в содеянном. Зачем? Глупость какая-то. Сиди себе, молчи или твердо стой на заранее заготовленной легенде, не отступай ни на шаг, и никто никогда твою вину не докажет.