- Проблемы не решают водкой, - крикнул старик, крепко сжимая мою шею под краном.
- Отпусти! Ненормальный! Совсем поехал?
- Тут вся квартира пропахла выпивкой. Спиться решил, Тимур? – цедил он.
- Моя жизнь, что хочу то и… твою! Я сдохну быстрей от этой воды, чем от выпивки!
Минут через пять отец отпустил и даже накинул полотенце. Весь мокрый и продрогший я вышел из ванны, взирая по сторонам. Накатила волна стыда перед матерью. Она не заслужила видеть меня таким. А та, кто заслужила, черт знает где.
Я вдруг подумал, для чего хватаюсь за падающий канат? Он давно упал, он у самой пропасти, его невозможно достать.
Пора бы сдаться. Если Маша до сих пор не поняла ничего, то вряд ли поймет. Не хочу объяснять. Достало. Наверное, нам не суждено быть вместе. Тупо не суждено. Попробовал, оступился. Снова попробовал. Снова оступился. Третий раз падать в пропасть заведомо глупо. В конце концов, я не дебил.
А любовь… она имеет свойство затупляться. Наверное…
* * *Больше я не пил, как отбило. Много думал, хотя в моем случае это вредно.
Скучал. Сильно. Кости ломало, каждый орган сжимало, особенно тот, что в грудной клетке. Невыносимое чувство. Люди вокруг казались слишком радостными, бесили. Хотелось, чтобы все исчезли. Хотелось сорвать крючок и отправить гранату. Во мне росла ненависть, только не понятно, к чему или к кому. Потому что Машу я продолжал вспоминать с заветным упоением, от одной мысли о ней, у меня заканчивался кислород в легких."
"В аэропорт собирался без особого энтузиазма.
Закинул вещи в сумку, вызвал такси и поехал. Родителям сказал уже в дороге, что уеду на неделю. Отец строго уточнил, по какому поводу отъезд. А когда получил ответ, выдохнул и даже похвалил. Мать заботливо пожелала в добрый путь, и в очередной раз намекнула, что неплохо было бы жить вместе. Дом у нас большой. Может, итак. Оставаться без Маши в убогой квартире нет смысла. Однозначно перееду.
Водила высадил у входа «Б», забрал свои заслуженные пятьсот рублей и уехал дальше. Я взглянул на небо, хмурое и серое.
Снег на земле. Интересно, когда он успел выпасть? Где я был в этот момент? Пару голубей расхаживали кругами возле сутулой бабки с протянутой рукой. Я подошел к ней и положил тысячу в шершавую ладонь. Женщина затряслась, глаза вылупила.
- Помолитесь за потерянные души, - грустно произнес, разворачиваясь. Она крикнула в спину, как благодарна и обязательно помолится. Вранье. Уверен, бабка сидит здесь каждый день и не знает ни одной молитвы.
