Соблазн (СИ)

Несмотря на то, что Диме уже доводилось раньше состоять в отношениях (хоть и непродолжительных) и жить вместе с другим парнем в Лондоне, то, что происходило сейчас не шло ни в какое сравнение. Он искренне любил Алексея и чувствовал, что это взаимно, хотя никогда не слышал этих слов от него. Но учитывая, через что Алексу пришлось переступить и полностью изменить свою жизнь, чтобы быть рядом с ним, больших доказательств Диме и не требовалось.

Когда Дима, внезапно о чем-то вспомнив, полез в выдвижной ящик стола, в его дверь раздался стук.

Он даже не придал этому особого значения, будучи полностью уверенным, что это Алекс.

— Открыто! — выкрикнул он, извлекая из ящика папку со своими статьями. — Я как раз успел…

Дима повернулся и наткнулся на своего отца, стоящего посреди комнаты.

— Ну, привет, засранец, — процедил тот, и пространство наполнилось запахом алкогольного угара. — Я знал, что рано или поздно застану тебя одного.

Дмитрий так и замер, не в состоянии сдвинуться с места. Вряд ли это был визит вежливости, о чем свидетельствовало выражение лица Гришаева-старшего.

— Что ты здесь делаешь? — Дима попытался придать своему голосу больше уверенности.

— Да вот, — проговорил тот, — зашел объяснить ситуацию. Очевидно, что ты и твой ебырь не понимаете, во что ввязались со своей статейкой.

Диме потребовалась вся его сила воли, чтобы не выдать то напряжение, которое сковало его внутренности. Ничего хорошего эта беседа не предвещала, и это было очевидно как Божий день.

— Надеюсь, тебе хватит пары минут, потому что я уже ухожу, — проговорил Дима и сдвинулся с места, пытаясь обойти отца.

Но как только он поравнялся с ним, мощный удар в живот заставил его согнуться пополам. В голове на миг вспыхнула тьма, а вдохнуть или выдохнуть не было сил. Папка выпала из рук, и белые, исписанные листки, разлетелись по всему полу.

— Не переживай, мне хватит и минуты, — прошипел тот, склонившись ниже. — Думаешь, если вы выиграли это гребаное слушание, я оставлю вас в покое? Я предупреждал, чтобы ты не смел протягивать свои грязные извращенские ручонки в мою сторону, но ты решил повыпендриваться перед ним.

Гришаев схватил его за волосы и задрал голову.

— Мне похер, кто и как тебя трахает, пока вы не лезете в мои дела.

— Да пошел ты… — прохрипел Дмитрий.

Гришаев с силой оттолкнул сына так, что тот упал на пол, ударившись головой о ножку стола. Машинально коснувшись ушиба, Дмитрий почувствовал нечто горячее и густое, а когда взглянул на руку, она была в крови.