Соблазн (СИ)

Тем более что к нему сейчас не пускают, и он проспит до самого утра. Тебе нужно переодеться и успокоиться. А завтра с утра приедешь, заберешь Диму.

— Да, — кивнул Никита, — на работе я прикрою. Так что можешь спокойно оставаться с ним, сколько потребуется.

Алексей не хотел уходить, но Никита с Аней силой заставили его. Они отвезли Алекса домой, а потом Ник забрал у него ключи от машины, оставшейся стоять у подъезда Дмитрия, и пригнал ее к его дому. Когда они уехали, Ветров медленно поплелся в душ. Смывая с себя остатки запекшейся крови, он все еще видел перед глазами ту картину, которую застал.

Недвижимое тело Димы. В крови. Эта картинка будто впечаталась в мозг, и он знал, что не сможет от нее просто так отделаться. В ярости сжав кулаки, он со всей силы ударил рукой по кафельной стене, чувствуя, как счесывается кожа на костяшках пальцев и болевой импульс проходит по телу. Он найдет того, кто это сделал. И тому даже скорая помощь не поможет.

Всю ночь Алекс не мог уснуть, а когда ненадолго проваливался в сон, его мучили кошмары.

Он снова и снова открывал дверь в квартиру Димы. Снова и снова видел разбросанные по полу исписанные листки бумаги. И потом видел его. Лежащего без сознания. Сон почему-то был черно-белым, и лишь пятна крови алели на одежде и лице, заставляя сердце замирать от ужаса. И каждый раз он чувствовал ту же боль и безысходность, что и в первый.

Кое-как дождавшись утра, он быстро собрался, захватив одежду для Димы, и, заехав в аптеку за необходимыми лекарствами, поехал в больницу.

Накинув на плечи белый халат, он прошел в палату и, подойдя к кровати, взглянул на спящего Дмитрия. Перебинтованная голова, рассеченная левая бровь, разбитый нос, припухшая губа и несколько кровоподтеков заставили его сердце сжаться. Он наклонился и, легонько коснувшись губами его лба, шепнул:

— Как же ты меня напугал…

Дима зашевелился и открыл глаза.

— Привет, — тихо проговорил он.

Алексей взял его за руку и переплел их пальцы, чувствуя, как тот их легонько сжал.

— Как ты себя чувствуешь?

— Как будто меня переехал бульдозер. Выгляжу, наверное, также, — попытавшись улыбнуться, тихо произнес тот.

— Ты всегда выглядишь сногсшибательно, — улыбнулся ему в ответ Алексей.

У него так и вертелось на языке спросить, какая мразь оказалась способной такое сделать, но он сдержал себя.

— Сейчас придет врач, и я заберу тебя домой, — мягко сказал он таким тоном, которым обычно разговаривают с больными детьми.