Кит все же останавливается в двадцати дюймах от меня и складывает руки на груди окидывая меня взглядом победителя. Его молчание пугает, и я решаю не идти против шерсти.
— Послушай, Кит. Та ночь, которую мы провели вместе… Боже, что я несу, — закрываю пылающее лицо ладонями и истерично смеюсь. — Послушай, я тебя прошу, давай сделаем так, словно мы не были до этого знакомы? — убираю руки от лица и замечаю, как чернеют зрачки у Никиты. — Ты меня не знаешь, я тебя тоже — все счастливы и довольны.
— Ты тоже счастлива? — усмехается Белов.
— Это не имеет никакого значения, Кит. Просто… войди в мое положение, прошу.
Никита опирает руку о стену и нависает надо мной. Так близко и тесно, что кажется запах его парфюма остается и на моей коже тоже.
— Думаешь я упущу возможность позлить «обожаемого» дядю?
— Что? — от волшебства нашей близости не остается и следа. — Никита, я не думала, что ты способен на такое…
Пытаюсь заглянуть ему в глаза и рассмотреть то, что видела в нем буквально несколько дней назад — заинтересованность, желание, симпатию, но Кит отводит взгляд в сторону и делает вид что рассматривает витиеватую фигуру на кафельной плитке.
— Я говорил тебе, что не самый хороший парень. Но ты меня не послушала.
В уборную начинают настойчиво и громко стучать. Я вздрагиваю, потому что думаю о необратимом — о том, что Шон все это время подслушивал наш разговор под дверью и сейчас начнется самое страшное.
— Кричи, — невозмутимо говорит Кит.
— Не поняла?
— Что непонятного? Я сказал — кричи.
Громко.
Я почему-то слушаюсь его и открываю рот издавая громкий крик. Кит в это время открывает защелку и еще раз окинув меня почти равнодушным взглядом уходит, оправдываясь перед кем-то возле уборной: «Перепутал кабинки».
Выглядит правдоподобно и в груди тут же расплывается тепло по венам. Несмотря на то, что разговор с Китом не был удачным, его последний жест показался мне более чем благородным.
В уборную тут же заходит Софи и закрывает рот ладошкой.
— Что он здесь делает, Мия?
— Он племянник Шона.
Это все что я знаю, Софи.
Обессиленно опускаюсь на корточки сползая по стене прямо в свадебном платье. У меня просто иссякли силы, словно кто-то специально взял и высосал их из меня.
Кажется, что я погрязла в самом темном болоте, которое только существует. Погрязла в собственных ошибках. Заблудилась. Тону.
— Шон сказал, что репетиция окончена и ты можешь переодеться в свою обычную одежду и выйти в зал.
— Хорошо, Софи, спасибо.
