Онлайн-библиотека книг
Я молчу, мне нечего сказать. Ведь знаю, что за любым словом последует истерика. Мне больше незачем сохранять лицо, это никому не нужно. Но не выдерживаю.
— Останови машину и выпусти меня.
— Заткнись, Диан. Вот сейчас лучше заткнуться. Что у тебя в башке творится. А если бы вас увидели?
— Главное слышал ты.
— Дура! Ты пять лет пыталась связать свою жизнь с другим мужчиной. Ты пять лет жила без меня. Я дал тебе это время, чтобы ты осводобилась. И что? Помогло? Счастлива ты была? Ребенка родила, которым грезила? А может муж у тебя верный и любящий? Что ты от меня хочешь? Чтобы я изменился? Чтобы стал добрым и нежным? А может быть ноги начал тебе целовать? Нет, Диана, я не изменюсь.
— Заткнись! Виталий заботился обо мне!
— А я не заботился? А я не любил? А я не рыл землю, чтобы купить тебе свою квартиру? Почему вместо того, чтобы хоть раз подумать о том, что вокруг творится ты бежишь слушая других.
— Останови машину! — ору я, уже не чувствуя границ и барьеров. Хочется все высказать, хочется закончить это сейчас.
— Нет! Ты дослушаешь и начнешь думать башкой, а не ресницами.
— Ты мне не нужен! И твои нравоучения не изменят пять лет твоих измен и унижений. Ты стыдился меня, ты нашел себе другую жену. Почему ты просто не оставишь меня в покое?
— Закрой рот, Диана.
— Со сколькими мужиками мне нужно переспать, чтобы ты понял. Ты мне не нужен. Сколько членов отсосать?"
"— Сука! — бьет Артур по рулю и резко сворачивает.
Тормозит в темном переулке, в который даже свет не пробирается. Я не знаю, чего ждать. Он выходит из машины, но ровно на мгновение, а в следующее открывает дверь с моей стороны.
— Отвали! Не трогай меня!
Артур дергает меня за ногу, отталкивает вторую, когда пытаюсь его ударить, разворачивает меня на живот и наваливается сверху, зажимая рот рукой.
— Хотела грязного секса? Я готов помочь тебе с этим. Можешь даже представить, что на моем месте кто — то другой.
Глава 29. Диана
Дергаться бесполезно.
Он просто задирает мне платье, оголяя зад и сильно по нему шлепая.
— Артур! Хватит!
— Не нравится? Ты же любишь погрубее, — придавливает всем своим весом. Какой же он тяжелый.
Но в какой-то момент отчаянного сопротивления я мысленно я возвращаюсь в другую машину.
