— Вилку подашь?
— Гостевая по коридору налево, — фыркает Мария, приступая выуживать из ящика столовые приборы. — Завтра я никуда не поеду. Не смей мной командовать! Ясно?
— Милая, мне не нужно твое согласие, чтобы тебя забрать к себе домой, где тебе и место, — вытащив пальцами кусок мяса из лотка, отправляю его в рот. Вкусно.
— Иди в жопу, диктатор, — ворчит моя собственница, краснея от злости.
— Я тоже тебя люблю, — улыбнувшись, достаю из кармана брюк оживший смартфон.
На экране номер Галецкого. Принимаю звонок.
— Слушаю, Дан. Что случилось?
— Исай, у Лизы открылось кровотечение. Увезли на скорой в клинику. Похоже, преждевременные роды.
Новость окатывает ледяной волной. Только этого сейчас не хватало.
— Какие, нахрен, роды? — едва не давлюсь мясом. — Ей рано рожать. Что с ней?
— Ещё ничего неизвестно. Сейчас выясню у Прохоровой. Дам знать.
— Ладно. Да. Пришли за мной тачку. Я отправил Рому домой. Жду.
Сбросив звонок, застываю на Маше отрешенным взглядом.
Глава 45. Несчастный случай
Руслан
Репродуктивный центр «Мать и дитя»
— Девочка.
Двадцать пять недель. Девятьсот восемьдесят граммов. Рост — тридцать три сантиметра. Слабенькая. С экстремально низкой массой тела. Мы делаем всё возможное, чтобы её спасти, — голос Прохоровой звучит в голове приглушенным эхом, как приговор.
— Девочка? — растерянно моргаю, сопоставляя в голове услышанное сейчас и ранее от Лизы и матери. — Лиза ждала сына. Разве нет?
— Ждала мальчика, но родилась девочка. Не всегда определение пола ребенка с помощью УЗИ имеет достоверный результат.
Такая ситуация случается редко. За пенис приняли отёкшие половые губы либо пуповинные петли. Очень часто при осмотре плод сворачивается калачиком, что как раз мешает рассмотреть гениталии."
"Оцениваю ребёнка в кувезе: крошечная, увитая трубками, с кислородной маской на лице, с фиолетовой сеткой вен под прозрачной кожей, с мелкими посиневшими пальчиками, и меня в дрожь бросает. Ноги становятся ватными. По коже несётся мороз. На висках из-за нервного потрясения проступают капли пота.
Не знаю, как реагировать.
Мне страшно на это смотреть.
Такая картина любого сильного мужика выбьет из равновесия и загонит в угол. Неважно — твой это ребёнок или чужой…
Матерь божья, за что мне это?
Сколько мне ещё предстоит пройти испытаний?
Сначала брата с его женой хоронил, затем Машу, сейчас собственный ребёнок, к которому не лежит душа, находится на волоске от смерти…
— Почему она вся красная? — изучаю взглядом новорождённую.
