Собственность Грешника

Ну и что теперь делать? Почему мои счета тоже арестовали? За компанию с Пашкой, раз жена?

У нас нет денег даже на еду, какой уж там адвокат. Только расчёт завтра может нас спасти. Кстати, надо попросить бы дать его мне наличкой… Иначе денег не получить. Надеюсь, хотя бы это Алекс сделает ради меня?

А с Пашей как быть, вообще не знаю.

Помочь может только Алекс, но сегодня я лишилась его поддержки. А что оставалось делать? Он себе как, в принципе, это представляет?

«Я хочу тебя, Тая!» — говорит мне он.

«Да не вопрос вообще! — отвечаю ему я и падаю на пол, раскинув ноги в стороны.

Вздохнула и перевернулась на другой бок.

Ну и бред мне в голову лезет на нервной почве…

Среди подушек стал разрываться мобильный. Пришлось искать его, чтобы узнать, кто звонит. На экране горели цифры неизвестного мне номера, а такие звонки не приносят добрых вестей…

— Да, — приняла я вызов.

— Добрый день, — услышала я глубокий мужской бас. — Капитан Новиков Анатолий Сергеевич беспокоит. Вострова Таисия Константиновна мне нужна.

— Ваш супруг, Востров Павел, находится в нашем СИЗО.

— Да, я уже знаю, — ответила я. — Как раз хотела с вами поговорить об этом… Можно приехать?

— Нужно, — сказал мужчина. — Вы мне тоже нужны для дачи показаний.

— Каких? — спросила я, чувствуя, как леденеют пальцы. Они и меня решили туда приписать? — Я ничего не знала о махинациях супруга.

— Вот и будем разбираться. Жду вас завтра к десяти утра. Адрес направлю по СМС.

— Спасибо, у меня есть… — ответила я на автомате.

— Вот и прекрасно. Тогда до завтра, Таисия Константиновна.

Он повесил трубку, а на меня вновь накатило отчаяние, руки задрожали.

Паша, ну что ты натворил? Ну зачем? Как я должна теперь выкручиваться?

Набрала другой номер — моей старшей сестры. Она ждала вестей от меня по поводу Паши. Она знает, что его вчера вечером увезли, и тоже беспокоится.

— Алло, Юль, — позвала я её, когда она взяла трубку. — Паша в СИЗО.

— О боже! — переполошилась сестра. — Ты сейчас где?

— Дома пока.

— Вместе съездим. Я щас приеду.

— Давай. А то я тут с ума сойду одна.

— Бедная моя, — сочувственно ответила Юля. — Сейчас приеду, расскажешь мне всё, и будем думать.

— Да что тут думать? — сокрушалась я. — Посадят его, да и дело с концом. Ребёнок сиротой останется…

— Да погоди ты раскисать! — отозвалась она. — Придумаем что-то обязательно. Скоро буду.

— Придумаем мы что-то… — бурчала я себе под нос, вытирая новые слёзы.