Собственность сводного брата

— Ты скучаешь по маме? Она так внезапно уехала.

— Ага, уехала, — усмехнулся Ярослав и убрал мою прядь волос за ухо, легонько коснувшись моей кожи, вызвав прилив мурашек. — Нет, я не скучаю, ведь у меня есть ты.

— Но ты ведь со мной не разговаривал даже! Я думала, ты меня обидеть хочешь!

— Я всего лишь хочу, чтобы ты не убилась. Ладно фигурное катание, это я еще могу принять. Но лазать на высоту реально опасно. Одно неверное движение…

— Ладно, ладно. Ты просто зануда. Так что мне нужно сделать?

— А… Вернуться в свою комнату

— И закричать так, как будто тебе очень больно.

— Не знаю, Мир. Любой. Скажи, что снова оказалась на операционном столе.

— Операционном. Операцию свою помнишь?

— Нет, если честно. Я вообще мало помню из детства.

Он был удивлен, долго выискивал в моем взгляде искры лжи и, не найдя их, почти улыбнулся.

— Не важно. Важно закричать как можно громче, поняла?

— Поняла, — кивнула я. Потом спрыгнула с кровати, последний раз взглянув на ожерелье.

— Очень громко, Мира. Иначе ничего не получится.

Я улыбнулась и вышла из спальни, осторожно пробравшись к себе. Было в этом действительно что-то дерзкое. Словно мы с Ярославом шпионы и выполняем важное задание.

Иногда мне казалось, что между Мирой и мною пропасть.

И ведь дело не в том, что она младше меня. Разница-то небольшая. Тут скорее широта взглядов, интеллект, как ни крути, а самое главное — внимательность. И порой ее наивность раздражает, она не видит дальше своего носа, не может порой признать очевидных фактов, но чаще всего я доволен тем, что она растет в закрытом, по сути, мирке, даже не знает, кем был наш отец, а кем, возможно, он является сейчас, хорошо скрывая свои садистские наклонности.

А может быть я действительно много требовал от нее?

Ведь ей всего десять лет. Чертовых десять лет! И, я уверен, что лучше она сохранит в себе наивность, чем будет как я замечать каждую пылинку на чистом столе этого мира.

Так что она такая какая есть. И когда надо, она возьмет себя в руки и сделает все, как надо.

Она закричала так, что даже я сорвался к двери, чтобы проверить, все ли с ней в порядке.

Только услышав топот ног, я пришел в себя. Схватил ожерелье и стал ждать, когда вся орава беспокоящихся пронесется мимо. Как только все стихло, я выбрался из спальни и побежал в нужное крыло.

Добрался до родительской спальни, и в нос ударил запах горячих тел.