Этого еще не хватало! Как же мне его бросать-то, когда он в гости намылился? Сразу у порога?
Дескать, давай расстанемся, но, раз приехал, не хочешь чаю?
Или сначала угостить, а потом: «Забери свои экологические деньги, я лучше по больницам буду маяться, чем с тобой спать».
Супер. Один вариант лучше другого.
Надеваю платье и пытаюсь справиться с молнией на спине, когда в дверь стучат. Да что Раф такой быстрый-то! Я еще не составила новый план. Ну почему он не «потеряшка»?!
Звонят.
Ар-р! Зачем он так? Я бы аккуратно всё сказала, вышла из машины.
И пошла домой. Он бы уехал. Было бы достойно и правильно.
Снова стучат. Телефон вибрирует. Надпись: «Раф».
Ай-я-яй!
Одеревеневшие от шока пальцы не слушаются, я с трудом дотягиваюсь до бегунка молнии, тяну вверх. Заело!
Равский звонит. Не терпится ему, видимо."
"Делать нечего. Беру костыль и иду в расстегнутом наполовину платье.
Открываю дверь и первое, что вижу — букет лилий.
Душа ухает вниз. Они такие красивые!
— Привет. Вау! Ничего себе! — шепчу.
Раф смотрит с легкой улыбкой.
Рот сам начинает двигаться, я слышу свой жалкий, оправдывающийся голос:
— Извини, что долго не открывала. Молнию заело, представляешь? Никак не могла справиться.
Алекс переступает порог квартиры, атакуя мое жилище. Я же будто разбиваюсь всмятку. Сцены вчерашней близости водопадом обрушиваются: картинки, ощущения, запахи. И поцелуи. Сглатываю и резко отворачиваюсь. Нужно же вести себя достойно, не давать понять, как было обидно молчание.
— Поможешь? Пожалуйста. — Прижимаю к груди букет.
Алекс произносит:
— Конечно.
Пальцы касаются обнаженной спины. Белье у меня телесное сегодня, он это видит, разумеется. Делает шаг ближе, склоняется. Сегодня у Алекса другая туалетная вода, тоже приятная.
— Тут действительно заело. Подожди немного, попробую починить. — Голос прокатывается по телу.
— Давай.
В ушах шумит. Сейчас я скажу Равскому: «Починил? Спасибо. Но тебе лучше уйти».
Он копается с замочком. При каждом касании к коже волоски дыбом. Алекс молчит.
В полной тишине только два наших дыхания.
Наконец, получается! Он тянет бегунок вверх до конца.
— Готово.
Я оборачиваюсь и улыбаюсь:
— Спасибо.
— Ты такая румяная, — отвечает он. — Всё хорошо?
— О да, немного нервничаю.
— Не нужно.
Скажи ему: «Спасибо, что оплатил клинику, но я хочу вернуть деньги. Больше не приезжай».
Открываю рот, Алекс оглядывает меня с головы до ног.
— Обалдеть, какая ты красивая. Одна дома? Тут два букета, один для тебя, второй для мамы.
