Стало интересно, я кое-что улучшил… Поймал гиперфокус и херачил. Был огромный энтузиазм сделать это.
— Ты мог бы написать и продать мотивирующий курс.
Он кривится.
— Мне предлагали, и я даже накидал страниц двадцать, но потом стало скучно.
Ого! Я пошутила вообще-то. Откусываю кусочек вафли, жую и закрываю глаза от наслаждения. Боже, как вкусно! Хрустящая, мягкая внутри, тает во рту.
— Получается, Алекс Равский может все что угодно: и миллионы зарабатывать, и обалденно готовить. Его главная проблема только… в мотивации?
— Ага.
— А что с ней не так?
Он морщит лоб, словно прикидывая, как объяснить.
— За нее отвечают дофаминовые пути, они у меня нарушены, отсюда все мои проблемы в жизни. В норме лимбическая система запоминает, как было классно, когда ты сделал работу и получил результат. Шлет сигнал: повтори-ка, будет так же классно. А если постараешься, еще лучше. Кайфа больше.
— Блин, знакомо! — перебиваю.
Вспоминаю свою мысль: «Я сделаю лучше». Каждый день. Снова и снова! И такое приятное чувство вечерами, без которого сейчас зубы сводит.
Алекс указывает на меня вилкой.
— Ты делаешь что-то, гормоны шпарят, твой мозг в кайфе, просит повторить. Если же гормон счастья не поступает, принимается решение — бросить. Труба. И приходится его провоцировать искусственно. Спортом, сексом, любовью.
Закусываю губу.
— Так делают все люди, просто большинство неосознанно, — добавляет он.
— Мне не очень нравится, что все прекрасное в мире ты сводишь к биохимии. Не цинично ли это?
Он пожимает плечами, доедая, и откладывает приборы.
Говорит совершенно серьезно:
— В школе я считал себя дурачком, у которого ничего не получается. Интересно было разобраться, в чем именно проблема и как ее решить.
— Алекс, ты атеист?
— Я думаю, мы все состоим из атомов и подчиняемся законам физики.
— Ты будто хакнул эту жизнь. — Я игриво приподнимаю брови. Пью сок.
Он склоняет голову набок, смотрит слегка завороженно. Потом вдруг переводит тему:
— Ты восхищаешь меня уже давно. Всё не осознаю, что сидишь на моей кухне.
Кажется, фантазирую.
Теряюсь от такой прямоты.
— Ты наблюдал за мной?
— Ты не подумай, ничего такого. Но да, — усмехается он, ерошит волосы на затылке. — Я побывал на многих твоих выступлениях за последние полгода, остальное смотрел в записи. — Опускает глаза, вскидывает. — Только в Эмиратах решился познакомиться."
"— Я… тебе, кажется, резко что-то ответила. Извини, была занята приближающимися Играми. Волновалась! А еще… — Вздыхаю. Что уж теперь.
