Соединенные Штаты России 2

За спиной почти каждого из них были спецоперации и бои, были убитые враги и погибшие товарищи, но каждый знал, что он крошечный винтик необходимой для этого мира машины. Они жили с этой мыслью большую часть сознательного существования.

Сейчас же судьба предоставила им шанс стать не винтиком, но пружиной. А может быть, даже и целым мотором. Принять такую судьбу было непросто. Да и никто из бойцов столь пафосными категориями не рассуждал. Но такими или другими словами для себя суть произошедшего они определяли одинаково: это шанс, и им нужно воспользоваться.

Время бежало, пиратский корабль ремонтировался, пленники отъелись, залечили раны и пришли в себя, продолжая ежедневно посещать беседы с Фаэтом.

В начале зимы в закрытом городе открылась первая общеобразовательная школа. С помощью Фаэта, на основании местного языка Скрипом и Задротом был составлен полноценный алфавит и введены самые первые правила написания.

Надо сказать, что местные родители отнюдь не описались от счастья, когда им объявили о возможности отдать детей в школу бесплатно.

К новым правителям, от которых непонятно еще, что именно можно ждать, но которые полностью запретили человеческие жертвоприношения, а также приношения животных, золота и прочих благ старым богам, ожидали чего-то необыкновенного. Но уж никак не строительство школы.

Пришлось донести до местных, какие они, собственно, дятлы. По улицам пустили жрецов, заставляя их проговаривать каждому встречному-поперечному намертво вызубренный текст — послание нового императора.

В этом тексте говорилось о том, что через пять-семь лет, все должности в государстве перейдут к тем, кто окончит императорскую школу. Что тем из окончивших, кто пожелает стать учителем, будет платиться от государства ежемесячная зарплата, что даже должности писцов при сборщиках налогов будут отданы окончившим школу. Не говоря уже об императорских советниках и прочих служащих.

Но, пожалуй, даже не это все соблазнило родителей подростков отдать детей на обучение. Слухи о том, что этот детский класс собрались посещать бывшие верховные жрецы, взбудоражили население гораздо больше, чем обещание всевозможных плюшек в будущем.

А это было чистой правдой: Маха вымолил у Разумовского право обучения себе и еще нескольким жрецам.

Когда спустя месяц открылась школа в нижнем городе, детей туда пришлось уже отбирать.

Больше всего в этой ситуации психовал Задрот:

— Я вам что, нанимался учителем быть?!

— Прекрати истерить! — резко оборвал его Рим.