Соединенные Штаты России 2

Топай давай. Вон уже свет в конце туннеля.

Метров через тридцать каменный сарай с охраной закончился, и команда вышла на уставленное могучими колоннами открытое пространство без стен. Только крыша намекала на то, что это все еще жилой дом. Здесь столпилось несколько сотен народу.

Во-первых, на расстоянии вытянутой руки друг от друга по периметру террасы, стояли парадно одетые вояки — охрана. Во-вторых, возле колонн кучковались гости или придворные, хрен их разберет, кто такие, но все богато одетые. В-третьих, на другом краю этой «парадной залы» золотилось некоторое подобие пьедестала — три ступеньки вели к обширной площадке, на которой высилось каменное кресло.

— Охереть… Слышь, Цинк, неужели это тоже листовое золото? — Бык даже тихонько присвистнул от удивления.

— Ну а что ты удивляешься? Сам видел: золото здесь граммами не меряют.

Они замерли в дверях, рассматривая двор и сидящего на каменном троне пожилого мужчину. В целом, все было то же самое: перья, золото, камни, много оружия и море черноволосых голов.

И все эти сотни людей сосредоточили взгляды узких черных глаз на пришельцах.

В отличие от многих присутствующих, волосы мужчины на троне были достаточно светлого цвета, но не белые, а седые. За спинкой его сиденья, на двух противостоящих колоннах, было натянуто гигантское полотнище с изображением чего-то яркого, пестрого и не очень понятного.

Через некоторое время Рим разобрался, что это изображение человеческого лица в окружении странных деталей:

— Ага. Вот, ребята, смотрите на этот баннер.

Это и есть кровавый бог ацтеков — Уицилопочтли. Прямо сейчас мы и будем его свергать, — нехорошо ухмыльнулся он.

Изображение бога имело столько деталей, что рассмотреть и понять все сразу было невозможно. Глаза бойцов вылавливали отдельные мелочи: череп огромного орла украшенного перьями, клюв нависает над глазами, как козырек; одну из рук обвивает кольцами раскрывшая пасть змея; из вооружения — лук, стрелы, ножи. И еще что-то похожее на бубен, и нечто напоминающее жезл, и еще куча всякой непонятной хрени…

Возможно, когда они подошли к дворцу, кто-то из охраны успел улизнуть и сбегать предупредить.

Но их явно ждали. Лица всех присутствующих были обращены к проему, ведущему из дома со стенами на эту открытую площадку.

Тишина стояла гробовая, даже слышно было, как шелестят ткань и перья на легком ветерке. Широкий проход между колонн был свободен. Рим скомандовал:

— Скрип слева, Цинк справа. Двинулись!

Как ни странно, особого страха не было.