Хотелось зажать ладонями уши, чтобы не слышать настолько омерзительных звуков. Вместо этого, стиснув зубы, лишь не отрывала взгляда от Миши. А тот, корчась от боли, сквозь туманящую взор пелену смотрел не на архитектора, а на меня. И взглядом запрещал мне подходить!
Неистово желая помочь любимому, послушно не двигалась с места, боясь навредить. К тому же я всей кожей ощущала, что вокруг него бушует энергия эфира. Когда золотистые искры, смешивающиеся с темно — васильковой княжьей силой, окутали тело Михаила, инстинктивно задержала дыхание.
Сила рода и регенерация не дали княжичу погибнуть. Он медленно, мучительно больно, но восстанавливался.
Мои легкие начали разрываться от нехватки воздуха. Сделав вдох, обычным зрением увидела, как по напряженно сжатым на копье пальцам любимого пробежали огненные искры. Тихонько зашипев, несущая смерть ледышка превратилась в белесый пар.
Пошатываясь, княжич снова поднялся и выпрямился. На этот раз он был готов: в руке Миши потрескивала шаровая молния.
Да вот только человек императора вновь продемонстрировал отличные боевые навыки.
Всего доля секунды — и в его руке появляется очередное копье из смертельного льда. Все с той же деланной небрежностью помахивая оружием, архитектор показушно тяжело вздохнул.
— Какой же ты все — таки живучий, дикарь! И с такими согражданами приходится делить одно княжество, — глядя на бледного, окровавленного Михаила, искренне посетовал чиновник. — Ну да ничего. Раз ты испортил мое авто и покалечил людей, то я вправе взять компенсацию, — разглагольствуя, вновь смерил меня заинтересованным взглядом с ног до головы.
Всего на один короткий миг архитектор утратил контроль над поединком. Михаилу этого оказалось достаточно.
Внезапно задрожала земля, на дорожном покрытии вспыхнула уже знакомая васильковая вязь. Асфальт под ногами чиновника молниеносно превратился в вязкое болото, и, сделав шаг, архитектор неожиданно завалился сломанной куклой. Блестящие черные щупальца вязкой субстанции выползали из дороги.
Жадно оплетая руки и ноги чиновника, они тотчас намертво застывали. Вскоре мужчина походил на распятую бабочку.
Все так же молча поднявшись, окровавленный Михаил резко выбросил вперед руку, и в архитектора полетела мощная молния. Контролируя потрескивающую огненную дугу, юноша с ненавистью смотрел на дергающееся от разрядов тело противника. И только через минуту, видимо, посчитав, что шоковой терапии достаточно, Миша наконец — то деактивировал технику.
