— Будешь меня успокаивать. Именно так надлежит поступать настоящей дворянке и любящей женщине.
Потеряв от шока дар речи, я смотрела на чудовище. Как, ну как искренне влюбленный юноша — романтик мог в итоге оказаться таким… таким… Просто нет цензурных слов!
— Я на пальцах объяснять не умею, однако попробую, — отчеканила негромко. — За сегодняшний день я увидела в тебе многое. Самое малое — неприкрытый, крайне нездоровый эгоизм, самолюбование и черствость. Мне такой мужчина абсолютно точно не нужен. Ждать, когда ты все поймешь и изменишься, или наступать себе на горло и подстраиваться не собираюсь, — глубоко вздохнула, словно перед прыжком в воду, и, не отрывая взгляда от удивленно хмурящегося юноши, продолжила: — Мы, определенно, очень разные.
Полагаю, и для меня, и для тебя лучшее решение — прекратить неформальное общение. На этом все. Всего доброго вам, княжич.
Плавно выскользнув из автомобиля, аккуратно закрыла за собой дверцу. Не оборачиваясь, подошла к калитке, вошла во двор и задвинула засов.
Слезы спазмами душили горло.
Божечки, как же больно!
Миновав вытянувшегося по стойке смирно охранника, не пошла в дом, а направилась в сад. Неизвестно каким чудом держалась, пока не оказалась под спасительной сенью деревьев. А потом слезы прорвались наружу и хлынули соленым водопадом.
Подойдя к ближайшей яблоне, с силой пнула толстый ствол. Боль от удара неожиданно всколыхнула глубоко спрятанные чувства, привела воспоминания. Был уже у меня в прошлой жизни один такой мужчина — отец моей так и не родившейся дочки.
Несколько кошмарно долгих лет я ломала себя, винила во всех бедах, ждала да надеялась. А уже нося под сердцем ребенка узнала об измене. Потрясение оказалось настолько сильным, что желанного малыша сберечь не удалось. И тогда мой женский мир рухнул, осталась лишь работа.
— Сволочи! Какие же сволочи! — прошептала сквозь стиснутые зубы и с силой ударила кулачком по шершавой коре. — В каком инкубаторе вас только выращивают?!
Душа выла от боли и тоски. Мутузя дерево, я захлебывалась в беззвучных рыданиях и искренне вопрошала судьбу: «За что?»
Обессилив, уселась прямо на траву у дерева.
Подтянув ноги к себе, обняла колени. В душе образовалась зияющая дыра, а сердце вновь покрылось ледяной коркой. Все, хватит, нахлебалась через край! Лучше быть одной, чем так!
— Больше никогда!.. — прошептала неизвестно кому.
Глава 24
Увидев на пороге кабинета полуголую Светлану, светлейший князь нахмурился. Он и забыл об оставшейся погостить бывшей любовнице.
