Если попробовать во время тренировки пройти на площадку — не получится, помешает невидимая стена. А вот выйти из зоны любому человеку легко, при этом ни одна техника не вырвется ненароком за охранный периметр. На моем руднике должна быть максимальная безопасность. Для всех и всегда.
Подойдя к краю площадки, я залюбовалась своими могучими витязями. Обычная тренировка воинов рода бояр Изотовых доставляла мне прямо — таки эстетическое удовольствие. Сейчас бойцы оттачивали мастерство владения боевыми техниками, и я втайне пожалела, что пропустила рукопашку.
Конечно же, я не стояла в одиночестве. Чуть поодаль разговаривал по телефону Василий, на почтительно — положенном расстоянии наблюдал за тренировкой Казаков и совсем рядом скучал Ярослав. А подле него, закусив губу, стояла Катенька. Не скрывая восхищения и широко распахнув зеленые глазищи, девушка неотрывно следила за воинами.
Восторг подруги был очень даже понятен. В родном мире я точно такого никогда бы не увидела, а здесь — запросто.
И это чудо умеют делать мои собственные воины!
В защищенной зоне смазанными тенями мелькали размытие мужские фигуры. С их рук срывались зигзагообразные ярко — красные и оранжевые молнии. Направляя их друг в друга, воины с непостижимой обычному человеку ловкостью уклонялись от смертельной опасности. Раз за разом от их умелых рук отлетали, а затем взмывали высоко — высоко ловко отбитые воздушными кулаками желтые фаерболы. Взрываясь с громкими хлопками в небесной сини, они на долгие мгновения расцвечивали пространство яркими искрами.
Но не только технику огня и воздуха оттачивали воины. На площадке беспрестанно закручивались темно — синие вихри из воды. Разлетаясь ледяными иглами и копьями, а то и обрушиваясь градом сверху, они несли спарринг — партнеру реальную угрозу. Но тот непрестанно уклонялся, а ледяная смерть тут же уничтожались огненным смерчем или рассеивалась воздушными потоками.
— Вау! — восхищенно прошептала Катенька, не отрывая взора от моих воинов.
Усмехнувшись, я взглянула на забывшую как моргать подругу и… промолчала. Пусть любуется, а мне пора работать. Волшебство волшебством, но дела-то никто не отменял. Я уже не раз замечала недоуменные взгляды Казакова и мысленно усмехалась.
Действительно, тут вон какие дела творятся, а боярыня прохлаждается!"
"Но это не так. Совмещая приятное с полезным, я просто — напросто давала Василию время собрать нужную информацию.
