Согрей моё сердце

– Вот и я. Сиди. Никакого дворцового этикета, Кор. Я слишком устала для реверансов.

– Вам и не нужно делать реверансы, Ваше Величество.

– Ведана и на ты. Хотя бы наедине, – перебиваю его.

– Давай сначала умоемся перед ужином. А то я вся провоняла лесом и монстрами.

– Я подожду, – соглашается смиренно Кор.

– Нет, не подождёшь. Иди первый мойся.

– В ваш.. в твоей купальне? – округляет глаза синекожий моралист.

– Ну, хочешь в своей, – пожимаю плечами.

– Хорошо, – Алькор осторожно поднимается, передаёт мне спящего ицара и уходит.

– Эй, мелочь пузатая, – трясу зверёныша. – Давай ты поешь.

Ицар тут же просыпается, с мурлыканьем зевает, потягивается, выпуская острые когти, и смотрит на меня сонными круглыми глазками. Отпускаю его на пол и, поискав по столу тарелку с мясом, ставлю её в угол комнаты возле двери. Детёныш с рыком набрасывается на еду. Оставив его, ухожу в купальню. Скидываю грязные вещи и встаю, наконец, под горячий душ. Буквально кипяток.

Я очень долго моюсь.

Тру себя мочалкой, волосы промываю раза четыре всеми средствами. Выхожу раскрасневшаяся, распаренная. Заворачиваю телеса в махровый халат и шмыгаю в гардеробную. Переодевшись в чистое бельё и любимую пижаму, возвращаюсь в гостиную. Алькор, уже тоже чистенький, сидит опять на софе и ждёт меня. В моё отсутствие он напоил ицара и, похоже, опять уложил спать. Дикий кот свернулся клубочком в одном из кресел и дремлет без задних ног.

– Наконец-то нормальная еда! – улыбаюсь бывшему советнику.

Разговор за столом не клеится. Я по природе молчалива, да и Алькор такой же. А может быть, всё дело в том, что сильно голодные и уставшие. В общем, едим мы молча. Уничтожаем все блюда и закуски. Только к десерту расслабляемся.

– Ты не должна подвергать себя такому риску, – нарушает уютную тишину мужчина. – И не обязана никому ничего доказывать. Ты королева по праву крови.

– Я и не доказывала ничего, – непонимающе бурчу. – Просто надоело сидеть в четырёх стенах и решать важные взрослые вопросы.

Полтора месяца назад мне исполнился двадцать один год, Алькор. Всю свою жизнь я училась. Сначала в обычной школе, потом в военной. Занималась дома, чтобы быть лучшей, быть первой. Много читала, изучала языки Федерации. С двенадцати лет ездила с папой по разным политическим собраниям. Конечно, можно спросить: а зачем я себя так изматывала? Но мне нравилось учиться. И посещать эти скучные мероприятия тоже нравилось.