Согрей меня, или Научи меня прощать

Мы и мечтали на ноги встать, денег скопить и сыграть самую пышную свадьбу, а на медовый месяц улететь на какой-нибудь далекий и прекрасный остров.

– И что же случилось с вашей любовью? – не удержавшись, поинтересовалась Галина.

– Сама не знаю, – непонимающе пожала я плечами. – Прошло какое-то время, родные нас уже стали уговаривать свадьбу сыграть, деньги приготовили.

Да только мы сами стали свадьбу постоянно откладывать. Ругаться начали, скандалить и не из-за чего вроде бы. Но любили мы друг друга и… ненавидели одновременно.

Так дело до свадьбы и не дошло. Я вещи собрала и к матери вернулась. После этого мы стали постоянно встречаться и вновь ругаться. Он говорил, что я чересчур импульсивная, что со мной любой нормальный мужчина сойдет с ума, что я не умею любить и что устойчивые чувства совсем не моя стихия, что я слишком ярко одеваюсь и стреляю глазами по всем лицам мужского пола, независимо от возраста и внешнего вида. А я укоряла его в том, что он упертый, как скала, и говорила, что я слишком для него хороша, что не по Сеньке шапка, и мне надоело биться головой о стену. Во мне играл юношеский максимализм, я была самовлюбленной дурочкой. У нас сложились странные отношения: мы не могли быть вместе и не могли врозь. Мы по-прежнему встречались, ругались и понимали, что чем дальше, тем становится все яснее, что мы совершенно несовместимые люди и вряд ли сможем жить вместе.

А затем, когда я очень сильно от всего устала, в один прекрасный момент я собрала вещи и уехала в Москву. Причем думала, что я поставила точку, но на самом деле получилось многоточие.

Я зачем-то начала ему звонить. Он тут же приехал следом за мной и стал уговаривать меня вернуться обратно.

– Конечно же ты выбрала Москву, – усмехнулась Галина.

– Ты угадала, – кивнула я. – Как только он уехал, я сразу сняла другую квартиру и не оставила ему своего адреса. В общем, на какое-то время между нами пропала связь. А однажды… Однажды я позвонила в Хабаровск и узнала, что он женился на нашей же однокласснице, которая всегда была к нему неравнодушна.

– И как ты это пережила?

– Это очень сильно ударило по моему самолюбию. Намного сильнее, чем я могла предположить, все же я пожелала ему счастья и больше никогда не напоминала ему о себе.

– Печальная история. И какой черт дернул тебя позвонить ему спустя столько лет?

– Сама не знаю. Думала, смогу себя пересилить. Держалась до последнего. За день до отъезда в центральном магазине столкнулась нос к носу с его женой и ребенком.