Согрей меня, или Научи меня прощать

Помолчав несколько секунд, он с какой-то ненавистью посмотрел на начатый торт и недопитый чай. – Люба, я, наверное, пойду.

– А что так быстро-то?

– Дел еще много, – было видно, что Артур нагло врет и никаких дел у него в помине нет. Что он просто хочет побыстрее уйти и глядит с опаской на меня, потому что думает, будто у меня белая горячка или еще что-то в подобном духе.

– А какие у тебя дела, ведь уже почти ночь?

Мне было страшно оставаться один на один со своими проблемами, но я не знала, как задержать его как можно дольше в своей квартире.

– Не уходи! – вырвалось, наконец, у меня, и я схватила Артура за руку.

– Нет уж, я лучше пойду, – упрямо твердил тот.

Видимо, мужчина решил для себя, что нужно уйти, и был непреклонен.

– Мне страшно оставаться одной.

– А мне страшно оставаться с тобой.

– Почему? Ты же сам вызвался разделить со мной мою беду!

– Но я же не знал, что у тебя белая горячка.

Обиженно убрав руку, я посмотрела в окно и почувствовала, как сильно мне хочется плакать.

Я старалась держаться из последних сил, но слезы подступали все ближе и ближе, заставляя меня думать, что сейчас я могу не сдержаться и разрыдаться, обнаружив свою слабость перед практически посторонним для меня человеком.

«А может, Артур прав, и у меня действительно белая горячка? – промелькнула у меня в голове шальная мысль. – Может, смерть моей подруги мне просто приснилась и в багажнике не было никакого трупа? Нет. Так долго не спят.

Я хорошо знаю, что труп был, только куда он запропастился на данный момент, остается для меня настоящей загадкой. Странно, ведь еще совсем недавно у меня все было в порядке. Я только отладила собственный бизнес, начала потихоньку вставать на ноги, и тут… Судьба нанесла удар, буквально сбив меня с ног, и поставила в совершенно тупиковую ситуацию. А я ведь всегда верила в исключительность своей судьбы. Верила, что обязательно настанет тот час, когда я, встав в ряды счастливцев, пойду по жизни широким, размашистым шагом, легко и уверенно. А сегодня… Я столкнулась с какой-то страшной, невероятной реальностью. Я поняла банальную по общепринятым меркам вещь, которая совсем не показалась мне банальной. Я поняла, что все мы смертны, что можно выйти из дома и уже больше никогда в него не вернуться. Что зачастую за дверьми собственной квартиры нас подстерегает не счастье, а опасность или смерть».