Союз будет жить

Лёгкое дрожание, все же жёсткая связка с механизмом выбора даёт о себе знать, это не тросовая коробка, но это абсолютно не раздражает.

Тронуться получилось с первого раза, сцепление лёгкое и комфортное, а вот руль… Блин, попросив сделать его меньше, понимал, что будет тяжело, но кажется, это гораздо тяжелее, чем я привык. Нужен усилитель, и срочно. Это сейчас на машине стоят колёса на четырнадцать дюймов, а если поставить больше, а потом ещё добавить резину пошире… Нет, усилитель надо, хоть убейте, это не «Жигули». Скажете, на «Волге» тоже нет, однако все ездят? Правильно, ездят, только там редуктор стоит, который здорово облегчает работу, хоть и приходится из-за него крутить руль на десять оборотов, если не больше.

Тут же стоит рейка! От упора до упора – четыре оборота, блеск! Но вместе с тем немного все же тяжело. Понятно, час езды и привыкнешь, только вот зачем, если можно внедрить «гидрач»?

Развернулся легко и подкатил назад, к рабочему. Тот все так же ждал и подошёл ближе, когда я открыл дверь.

– Я могу ехать? – спросил я у молчавшего все это время сопровождающего.

– Да, конечно. Александр Фёдорович просил передать, чтобы вы фиксировали все, что требуется. Бак полный, документы в бардачке, всего хорошего! – И наконец человек ушёл.

Дорога до проходной заняла три минуты, хоть я и крался меж корпусов завода на второй передаче. Быстро обменявшись приветствиями с вахтёром, показал бумаги на выезд. Ворота распахнулись уже через минуту, и вот она, свобода! Не полная, конечно, гэбэшник на соседнем сиденье на это упрямо намекал.

Рванул за город, прям хотелось притопить. Новый мотор и коробка, вкупе с хорошей подвеской, пусть и рессорной, здорово подзадоривали похулиганить. Будете смеяться, но, едва разогнавшись до ста тридцати, был остановлен сотрудниками доблестной службы автоинспекции. Довольно долго доказывал, что я не осёл, и все равно пришлось звонить на завод, чтобы там подтвердили испытания мной нового автомобиля. Гаишники всерьёз заинтересовались новой машиной, ещё и по той причине, что остановили они меня лишь потому, что я сам остановился.

Их «копейка» не смогла бы меня догнать, как пить дать, просто, увидев погоню, я сбросил скорость и остановился. Вот так.

Долго объясняться пришлось по той причине, что я запретил охраннику светить свои гэбэшные корочки, не хватало ещё слухов по Москве о мажоре с охраной. Поэтому и вёл переговоры с инспектором лично. А Лешка, кстати, всю дорогу ругавший меня за лихачество, украдкой показывал мне кулак.