Союз пяти королевств. Трилогия

Так зачем напрасно будить злость в Камиле?

Подумав, она добавила уже более мирно:

– Два дня, что вы дали на раздумье, еще не истекли.

– Тебе не грозит смерть. Ты забыла о Кольце Жизни.

– Кольцо, которое хочет заполучить Верховный жрец?

Видимо, Свон попала в точку. Камиль яростно глянул на нее, но быстро взял себя в руки.

– Наш отец получит это Кольцо Жизни.

– Но доживет ли он до моей естественной смерти? Ведь по-другому вам его не снять, – расхрабрилась Свон.

– Глупая женщина! Мы добиваемся всего, что нам нужно.

У тебя есть два варианта, и оба нас устроят. Первый: ты выходишь за меня замуж, рожаешь здорового сына и доживаешь свой век в сытости и покое. Второй: просидишь в подземелье, испытывая страшные муки все отведенное богами время, и умрешь среди крыс. Кольцо в любом случае достается нам, но качество твоей жизни при этом окажется разным. Выбирай.

– Скажите, зачем вам нужен сын от сироты, не обладающей ни землями, ни богатством, ни властью? Или вы что-то знаете о моем происхождении?

По лицу Камиля пробежала тень, и Свон поняла, что опять угадала.

– Кто я, Камиль? Кто я такая? От вашего ответа зависит мой выбор.

Что хотел добавить Камиль, Свон не узнала, потому что в комнату влетел Халид:

– Он нашел ее! Скоро будет у стен! Войско в дневном переходе!

– Не переживай, брат. Время есть. Займись Леоль, – чересчур спокойно ответил Камиль.

Халид кивнул головой и выбежал в коридор. Свон не выдержала:

– Что он будет делать с Леоль? Кто нашел? Кого нашел?

– Ты лучше беспокойся о себе.

Теперь, когда принц приближается, у меня не осталось выбора. Свадьба состоится сейчас же.

Схватив упирающуюся Свон за руку, он потащил ее по коридорам, где в разные стороны бежали люди, бряцая оружием. В основном это были мужчины, похожие на Камиля и Халида. Свон поразилась, как много их находилось в замке! Целая армия!

Одному из жрецов Камиль на ходу крикнул, чтобы тот собрал свидетелей.

Через некоторое время в богато украшенную комнату, куда жрец привел Свон, зашли люди. Высокий старик в красном балахоне держал в руках толстую книгу, которую он открыл и приготовился делать запись, обмакнув перо в чернильницу. Перо мелко подрагивало, выдавая волнение старца. Рядом с ним встали толстяк в поварском колпаке и женщина, нервно теребившая в руках фартук. Оба дрожали от страха и жались друг к другу, затравленно озираясь по сторонам.