Союз пяти королевств. Трилогия

Такой Луна видела в покоях мачехи – любительницы сыграть в «болвана», что страшно злило царя. Но куда деть мещанские привычки?

Хоть и выбилась Ирсения в царицы, воспитание солдафона и купчихи искоренить не смогла. Такое времяпровождение, когда она могла лузгать семечки, слушать жалостливые песни о неудавшейся любви и жить слухами, которые охотно приносила прислуга, северная самодержица предпочитала занятиям проектами: заседания по поводу безграмотности населения и высокой детской смертности в деревнях ее трогали мало и вызывали лишь раздражение.

«Немудрено, что папенька, улучив момент, сбегает на охоту, – царевна поймала себя на мысли, что стала рассуждать по-взрослому, и это всего лишь две недели спустя ее пребывания в монастыре. – Эх, правду говорят, что дома мы дольше остаемся детьми».

Даруня прошаркала к столу, выдвинула ящик, в котором полагалось хранить колоду карт, и вытащила на свет довольно неказистую деревянную шкатулку. Ее углы облезли, а рисунок, что прежде являл яркие краски, поблек, а местами и вовсе стерся.

По тому, как бережно монахиня прижимала шкатулку к груди, царевна ожидала увидеть в ней нечто ценное, а потому бесцветные пористые камешки, хранящиеся в отдельных ячейках, ее разочаровали.

– Это Первозданные камни, – Даруня, усевшись рядом, достала один и протянула Луне. – Они как губка впитывают желания мага, а потому не должны попасть в плохие руки.

Стелла непроизвольно спрятала свои за спиной. А вдруг она сейчас же пожелает чего-нибудь неподходящего? Например, чтобы принц Генрих передумал и примчался за невестой в монастырь?

– Не бойся.

Чтобы камень впитал в себя желание, надо над ним пошептать.

– Ну, почти, – кивок монахини получился смазанным, неуверенным. – Ты должна очень сильно захотеть, чтобы твое желание исполнилось. Так сильно, словно от него будет зависеть не только твоя жизнь, но и жизнь дорогих тебе людей.

– Именно так создавалось Кольцо Жизни? Ведь тот маг наверняка хотел, чтобы оно сохранило жизнь его любимой?

– Или чтобы его мать перестала болеть? – монахиня вложила один из камней в руку воспитанницы.

 – Или дитя, чье сердце почти остановилось, вновь ему улыбнулось? История умалчивает о причине, которая побудила человека создать столь прекрасный артефакт.

– Я очень хочу, чтобы ваши ноги перестали болеть, – ладонь Луны дрожала, а вместе с ней дрожал и Первозданный камень, который был мал, но мог вместить в себя огромное желание.