– Валериций не нашли, а я настроен добиться успеха.
На взгляд Алоиза, разговор подошёл к логическому концу, однако помощник не унимался:
– Но всё же отношение к вам со стороны синьора губернатора несколько изменилось, – продолжал гнуть своё Тогледо.
И Холь с трудом подавил желание осадить его грубым окриком.
– Наблюдательность – лишь одно из твоих многочисленных достоинств.
– Спасибо, синьор инженер.
– Но не следует злоупотреблять моим терпением.
Однако был слишком серьёзен, и Тогледо осмелился не заметить прямого указания оставить разговор.
– Что будет, если эксперименты провалятся?
– Веня не отступит, поскольку слишком много поставлено на карту, – сдался Алоиз. И тут же, не дожидаясь вопроса, развил тему: – Наш эксперимент откроет перед ним Герметикон, поэтому Веня будет до последнего меня поддерживать.
– Но…
Однако слабая попытка получить дополнительные объяснения не удалась.
– Как думаешь, у Жариона хватит ума вовремя запустить машину? – неожиданно спросил Холь.
И голос повысил, показывая, что предыдущая тема окончательно закрыта.
– У Жариона? – До помощника не сразу дошёл смысл вопроса. – Вы не хотите руководить экспериментом?
– Нет.
И короткий ответ перевернул мир.
Тогледо не мог представить, что когда-нибудь услышит подобное от фанатичного учёного, от человека, который посвятил исследованиям всю свою жизнь. Как можно не руководить экспериментом, который способен перевернуть историю? Как можно отказаться от такой чести? В чём может заключаться причина?
И на ум приходило только одно объяснение:
– Вы сомневаетесь в расчетах?
– На «Исследователе-1» предусмотрен огромный запас прочности, но… – Алоиз неуверенно потёр руки.
– Тебе знакомо понятие «интуиция»?
– Разумеется.
– У синьоры Мритской она развита необычайно сильно, в чём я имел возможность убедиться лично. В настоящий момент синьора считает, что мне не следует лично руководить экспериментом, и я… послушаюсь.
Согласиться с дурацким предсказанием? Отказаться от величайшего достижения, поддавшись глупым сказкам? Тогледо искренне восхищался Холем, однако сейчас внезапно почувствовал что-то вроде презрения… которое, разумеется, спрятал глубоко внутри.
– Синьор инженер, если вы доверите эту честь мне…
Человек, который будет лично руководить экспериментом, войдёт в историю наряду с теоретиком.
