Он сразу понял, что начавшаяся война открывает массу интересных возможностей и дарит умным людям уникальный шанс подняться на вершину, и стал умолять отца отправить его на менсалийский континент, чем, естественно, вызвал смех: никто не собирался отправлять в мясорубку семнадцатилетнего сопляка, и уж тем более доверять ему войска.
Вениамин снова оказался вторым."
"Тробский экспедиционный корпус возглавил его «любимый» старший брат Алекс, который, следуя наставлениям папаши-губернатора, основательно пограбил «зажравшихся беляшей» для пополнения бюджета провинции и на этом успокоился.
Собственно, никаких иных целей вооружённое путешествие на главный континент не преследовало, ибо Тробия представляла собой едва ли не самую маленькую западурскую провинцию, и широких завоевательных планов у Александра не могло быть по определению. В отличие от Вениамина, который, продолжая совершенствоваться в прежних науках, теперь ещё учился терпению. И снова – успешно.
Шли годы.
Война не утихала, континент Менсала пребывал в хаосе, и чем незначительнее становилась добыча, тем меньше и меньше тробийцы интересовались военными авантюрами.
Некогда богатые провинции разграблены, красивейшие поселения лежат в руинах, выжившие беляши озверели, взялись за оружие и начали полноценную войну, участвовать в которой Алекс не желал. Костяк армии – гвардейцы – вернулся в Западуру, на Менсале остались лишь те, кого полностью устраивали кровавые законы гражданской войны, пополнение из Тробии приходило такое же – агрессивный молодняк, жаждущий насилия, славы, денег и не боящийся лить кровь.
Корпус превращался в заурядную банду, содержать его у Александра не было никакого желания, и тогда, через четыре года после начала менсалийского кошмара, он передал командование Вениамину. Нет, губернатор не хотел избавиться от надоевшего отпрыска – молодой человек продолжал проситься на войну, знал, что его ждёт, но всё равно попросился. Он умолил отца отпустить его, сел на судно и в сопровождении трёх сотен верных сподвижников, которых лично отбирал четыре предыдущих года, отправился искать своё место под солнцем.
Возвращаться в Западуру Вениамин не собирался.
А на Менсале царил совершеннейший в своей кровавой беспощадности бардак. Более-менее твёрдая центральная власть существовала лишь в четырёх провинциях, но толку от этой власти было мало, поскольку основные ресурсы уходили на отражение постоянных атак агрессивных соседей и бездомных боевых частей различных размеров и оснащения.
