– Руди, результата у меня нет, но одну хорошую новость я припас, – мягко произнёс Клячик, доливая в бокалы вино.
– Какую?
– Тебя хочет видеть очень важный на Менсале человек. Его представитель специально прилетел для разговора с тобой, а значит, предложение может оказаться необычайно интересным.
– О ком ты говоришь? – поморщился Руди. Ему категорически не хотелось напрямую вести дела с местными отбросами.
– Я говорю о Рубене Лекрийском. – Уру сопроводил ответ предельно серьёзным взглядом, подчеркивая необычайную важность сообщения.
– А к такому человеку, как ты, Рубен без веской причины не обратится. Он знает правила и наверняка припас что-то очень любопытное.
Многозначительный тон, который Клячик приберегал для самых важных переговоров, а также упоминание действительно серьёзного имени подействовали: Йорчик большим глотком опустошил почти половину бокала, помолчал и неуверенно протянул:
– То есть ты советуешь?
– Категорически рекомендую.
– Ну, раз так…
* * *«Если вы по каким-то причинам подумали, что дело в элементарном везении, что мы, неожиданно оказавшись на воюющей планете, летели-летели и, к радости своей, встретили щедрых и доброжелательных людей, которые только и ждали визита трёх беглых инопланетников, то вы несколько ошибаетесь.
Всё не так однозначно.
Однако я, к своему стыду, догадался об этом не сразу, и даже настойчивое желание Павла кровь из носу раздобыть карту, а затем его указание лететь в конкретное место не навело меня на мысль, что Гатов рассчитывает встретить друзей.
С другой стороны, не будем забывать следующее – я только что преодолел Пустоту самоубийственным способом, потом чинил двигатели, потом оказался под пулемётным огнём, потом останавливал кровь, спасая умирающего друга… В общем, я не стыжусь признать, что находился немного не в своей тарелке, и сообразительность ненадолго меня оставила."
"Догадка почти пришла перед снижением, но улетучилась, поскольку всё то время, пока Каронимо пытался максимально мягко совместить наш несчастный паровинг с деревенским полем, я оберегал пребывающего без сознания Павла.
Потом меня извлекали из-под обломков, приводили в чувство, спрашивали, что я тут делаю, ощупывали, сообщали о переломах, и лишь после этого я впервые увидел Эзру Кедо. В смысле, может быть, он появился раньше, но я вернулся в реальность лишь после перевязки.
Я сидел на земле, совершенно равнодушный к царящей вокруг суете, затем поднял глаза и столкнулся взглядом со стариком, что остановился рядом с Павлом.
