– Я слышал, нижние чины изрядно шумели.
– Радуются, – коротко ответил Мритский.
– Выдаёшь жалованье? – пошутил инженер.
– Его здесь негде потратить.
– Выкатил бочку бедовки?
– Пока не за что.
– Извини, ляпнул не подумав, – развёл руками Алоиз. – Но прошу, объясни, что происходит?
– Охотники поймали шлёма.
– Кого?
– Здесь? – удивилась Агафрена.
– Как выяснилось, в Сочности их полным-полно, кормятся косулями и неплохо себя чувствуют, – улыбнулся жене Вениамин. А повернувшись к Холю, объяснил: – Шлём – это большая менсалийская кошка.
Размерами она не уступает луегарскому тигру и столь же агрессивная. Во время войны их популяцию почти уничтожили, и теперь менсалийцам не часто удаётся поглазеть на старинное зрелище…
– Шлём против шакалов, – скривившись, произнесла Агафрена. Чувствовалось, что супруге губернатора очень не понравилось услышанное.
– Шлём против шакалов, – подтвердил Вениамин.
– Можно я не буду смотреть?
– Вы стравливаете зверей? – поднял брови инженер.
Однако от дальнейших комментариев воздержался, поскольку на Луегаре до сих пор, несмотря на прилагаемые частью общества усилия, существовала кровавая «Псиная лига».
– Речь идёт о захватывающем состязании, – спокойно ответил Мритский. – Сильная кошка против стаи естественных врагов. В природе такие схватки случаются ежедневно.
Агафрена остановилась, несколько секунд смотрела на мужа, после чего – вновь очень тихо – прошептала:
– Вот поэтому я думаю о тебе так, как тебе не нравится.
– Не поэтому, – ровно ответил губернатор и взял супругу под руку.
– Нас ждут лучшие места, дорогая, тебе понравится.
Холь покачал головой, но вновь промолчал и послушно направился к Восточному блоку, где уже закончились приготовления к действу."
"Форт Карузо обустраивали как серьёзную крепость, призванную беречь богатейшие запасы валериция, и потому изначально разделили на два блока. В Западном, вросшем в скалу, находились офицерский дом, главный колодец, все основные склады и арсенал. По сути, Западный блок представлял собой цитадель, в которой можно было держать оборону даже при потере второй половины форта, в которой размещались казармы нижних чинов, мастерские и прочие службы.
И именно в большом внутреннем дворе Восточного солдаты выстроили импровизированную арену, использовав для сооружения клетки всё, что подвернулось под руку: деревянные колья, металлические брусья, шесты от палаток, в общем, любые длинномерные предметы, которые можно было безболезненно извлечь, а впоследствии вернуть на место.
